Лукьян спускался по лестнице, сбежав с урока, когда увидел Грету в окно. Пока он раздумывал над тем, как подступиться к девушке, ноги сами привели его к дереву. Парень подошёл тихо, и Грета этого не заметила. Она сидела и улыбалась, а он, пользуясь случаем, решил её разглядеть.
Парень понял, что ошибся на её счёт. Она не была страшненькой, как казалось сначала. Пухлые губы, растянутые в улыбке, и длинные ресницы притягивали его взгляд. А если на её лицо добавить косметики и подчеркнуть всё это великолепие, то девушка не уступит по красоте другим популярным девчонкам. Просто эта красота не такая явная, её нужно рассмотреть.
– Чего уставился?
От холодного взгляда Греты любой на месте Лукьяна бы растерялся, но он лишь привычно ухмыльнулся.
– Что значит «он всё же послушал Ховардов»? – Лук присел рядом с ней так, чтоб их лица оказались напротив друг друга.
– Тебе всё равно не достичь инсайта, – ответила Грета и вновь закрыла глаза, прижав к себе книгу с коричневой коркой, как нечто ценное.
– Конечно. – Лукьян сжал зубы в раздражении. Он впервые усомнился в своих намерениях и не был уверен в необходимости доказывать себе, что сможет справиться с этой девчонкой. – Пояснишь? – Парень опустился на траву, не заботясь об одежде, и уставился на Грету. Он собрался устроить игру в переглядывания и хотел победить её своим взглядом.
– Инсайт – это понимание, постижение, проницательность. Способность проникновения в суть вещей и явлений и возможность постигать их природу и взаимосвязи, – проговорила Грета с закрытыми глазами, она как будто знала о планах Лукьяна.
– И что мне дают твои умные слова? Как они относятся к Ховардам? – Лукьян чувствовал, как злость, нарастающая внутри, окрашивает его уши в пурпурный, но не мог с этим ничего сделать. Спокойствия рядом с Гретой, похоже, что никто не испытывал, и он не исключение. Становилось понятно, почему её в классе звали инопланетянкой.
«Не обязательно выставлять напоказ всё, что знаешь. Женщине это не к лицу. И, во-вторых, людям вовсе не по вкусу, когда кто-то умней их», – вспомнила Грета «истину» из любимой книги и тяжело вздохнула. Молчание – хорошая вещь, но почему-то рядом с Лукьяном ей это удавалось с трудом.
– Я не отстану! – настойчиво проговорил парень, и ей пришлось открыть глаза, чтобы встретиться с ним взглядом.
– Я не буду тебе ничего объяснять! – Она также упрямо не отводила глаз. – Ты же у нас такой весь классный и крутой, вот сам и разбирайся.
– В чём разбираться, Грета? – Лукьян подполз к ней ближе и хотел взять за руку, но она тут же убрала руки с коленей. – Не будь такой, ты же хорошая.
– Я-то хорошая, а вот ты… сомневаюсь.
– Я тоже хороший, тебе просто нужно меня узнать. А чтобы узнать, нам нужно с тобой начать общаться, – улыбнулся Лукьян.
«Почти все люди хорошие, Глазастик, когда их, в конце концов, поймешь», – вспомнила ещё одну «истину» из книги Грета, но тут же её выбросила из головы. Ей казалось, что это точно не об этом парне, он точно не мог быть хорошим.
– Я совсем не подхожу для общения. Тебе нужно общаться с Дейси, нашей старостой. – Грета убрала книгу в сумку и посмотрела на Лукьяна. – Она горит желанием с тобой «общаться», а мне этого не нужно.
– Интересная точка зрения. – Лукьян вновь предпринял попытку взять за руку девушку, но разочаровался, когда она вновь спрятала свои руки. – Мы, вроде, вчера показали всем, что мы друзья. И будет странно, если все увидят, что уже сегодня ими не являемся. Я хочу лишь помочь тебе. – Парень решил двигаться в безопасном направлении для Греты.
– Зачем тебе это? – Она вновь прикрыла глаза и опустила руку на траву. Грета водила рукой по кончикам травинок, наслаждаясь ощущениями. А Лукьян наблюдал за ней, не понимая, что он здесь делает. Что нашёл в этой ненормальной, ужасно ненормальной девчонке, что была как будто не из этого мира? И ему было совсем не понятно, она гладила траву или это трава ласкала её ладошки…
– Ты мне нравишься, – выдал Лукьян, надеясь произвести впечатление.
– Смешно, – улыбнулась Грета, и парень подумал, что ему нравится эта улыбка. Что-то внутри затрепетало, и Лукьян смутился. Обычно девушки улыбались наигранно или сексуально, но никогда так, как Грета. И в нём зародилась надежда на лёгкую победу, появилась уверенность, что сердце этой девушки он сможет завоевать, как и любой другой. Но, как же он ошибался…
Грета вышла из душевой кабины, похожая на рака. Девушка любила принимать очень горячий душ, ей нравилось ощущать, как тепло заполняет её даже внутри костей. Кипяточное кофе и горячий «дождь» согревали её изнутри, наполняя целительным теплом. Казалось, что так она восполняет отсутствие родительской любви. Тётя Фиона, оформившая над девушкой опекунство после смерти родителей, любила её, но по-своему. И, конечно же, эту любовь сложно сравнить с той, что осталась лишь в воспоминаниях.
Грета шла по пустому коридору семейного общежития, радуясь отсутствию жителей в дневное время. Ей нравилась тишина в рабочие будни, и напрягал шум в выходные.
