Эта статья совершенно не помогала следствию и подорвала самооценку инспектора Гедины. Где журналист раскопал компрометирующую информацию на главного подозреваемого, который, в общем, подозреваемым не является?! На изматывающем многочасовом допросе мистер Макферсон не упомянул поездки в поисках вина в компании жертвы. Интересно, Макферсон намеренно скрыл информацию или действительно не видел в этом ничего предосудительного? Впрочем, возможно, что это и впрямь были невинные прогулки. Инспектор назначил дату следующего допроса и намерен был докопаться до сути. Тем временем он приказал Галлорини опросить всех производителей «Амароне» в окрестностях Вероны.
Веронский судья после недолгого спора с общественным магистратом убедил его выпустить из-под стражи учеников барона — допросы и проверки результатов не принесли. Обвинитель, по просьбе инспектора, попросил судью оставить под стражей нескольких студентов.
— Кого именно? — спросил судья.
— Тех, кто владеет приемами боевых искусств и борьбы: каратэ, ушу, тхеквондо, дзюдо и прочие.
Запрос показался нелепым. Инспектору пришлось объяснить судье и магистрату об артериальном удушении. Под стражей оставили семерых для дальнейших разбирательств.
Пресса и общественность подняли шум, требуя информации, почему именно этих студентов продолжают держать в тюрьме. Судье и общественному магистрату пришлось отмалчиваться и отвечать «Без комментариев», ведь им положено хранить тайну следствия.
Дактилоскопия не обнаружила на «веспе» посторонних отпечатков пальцев. Мотороллер совершенно не пострадал. Он стоял на второй передаче, то есть кто-то — случайно или намеренно — съехал на нем в реку. Тел рядом найдено не было. Следы на берегу уничтожены недавними ливнями.
Расспросы золотой молодежи ничего не принесли: алиби в ночь убийства имелось почти у всех, кроме Аугусто и еще нескольких ребят, но их причастность к убийству была гипотетической. Книга учета следственных дел, куда вносились имена и подробные сведения о каждом подозреваемом, продолжала расти. Несмотря на все старания инспектора, упорная работа не приносила никаких результатов. Инспектор выкуривал по три пачки сигарет в день.
Менеджер отеля «Гриф» с огромным удовольствием внес в список постояльцев баронессу Ривьера. Даже при обычных обстоятельствах она была ценным дополнением к перечню знаменитых гостей, а сейчас, когда ее фото печатаются во всех национальных газетах… Гостиницу недавно отреставрировали, она сочетала в себе тирольское своеобразие и ультрасовременные немецкие технологии. Баронесса казалась настоящим подарком свыше — шумиха вокруг нее привлечет внимание к заведению.
Однако радость управляющего сменилась беспокойством: баронесса не возвращалась в отель. Когда колокола в близлежащем соборе пробили полдень, менеджер глубоко вздохнул и позвонил в полицию. Он следил за ходом расследования в прессе, знал, к кому обращаться, и встревоженно рассказал инспектору Гедине о своих страхах и подозрениях.
Переговорив с инспектором, управляющий связался с другом, редактором «Доломитен», крупнейшей в Больцано газеты на немецком языке. Герр Зильбернагль и инспектор Гедина прибыли в отель одновременно. Менеджер объяснил им, что баронесса не возвращается уже второй день, хотя ее одежда и косметика остались в номере. Она никого не предупредила и не передавала никаких распоряжений. Гедина попросил показать ему номер баронессы, но сначала позвонил в тюрьму Больцано, чтобы выяснить, не приезжала ли Орсина навестить мужа. Секретарь проверил журнал и ответил:
— Нет, за последние полтора дня она не приходила ни разу.
Гедина нахмурился и вошел в номер.
Менеджер поспешно объяснил:
— Когда баронесса ушла, горничная прибиралась, поэтому постель заправлена. Но вещей никто не трогал.
В комнате слабо, но отчетливо ощущался запах Орсины. Инспектор остро ощутил аромат, когда открыл гардероб. На комоде стояли духи и косметика, на ночном столике лежали туалетные салфетки и сотовый телефон.
— Прислуга не могла оставить здесь сотовый?
— Не думаю, инспектор. Я сейчас же выясню, но, похоже, это телефон баронессы.
Гедина быстро оценил ситуацию, а герр Зильбернагль принялся делать заметки. Только этого еще не хватало! Мало инспектору одного нераскрытого дела с убитой наследницей древнего рода — теперь исчезла сестра погибшей! Может быть, не стоит спешить с выводами? Находки говорили сами за себя — причем не столько одежда и косметика, сколько сотовый. Баронесса могла забыть его в номере, но могла и вернуться или отправить за ним кого-нибудь. Без телефона Орсине сейчас никак! Похоже, баронесса все-таки пропала.
Зильбернагль пришел к такому же заключению. Оба записали выводы: Гедина — в виде рапорта, журналист — в виде набросков к завтрашней статье.
Для провинциальной газетенки это событие стало значительной добычей, на которую тут же набросились национальные издания: на следующий день «Коррьере делла сера», «Ла репаблика» и остальные распространили известие об исчезновении баронессы.
Впрочем, вскоре выяснилось, что это было не просто исчезновение.
