— А вот это уже улика, — тихо отозвался Риан. Другу я разрешала читать свои мысли, так что он знает ход моих рассуждений. — Вот только тогда бы ты почувствовала его ментальную магию.
Я недоумённо нахмурилась, но не помнила, чтобы учитель применял запретное колдовство хоть раз. Так, получается, что он откуда-то знал моих родителей на самом деле и даже неоднократно встречался с ними, раз смог так подробно их мне показать. Но откуда?! Вопросы и вопросы, а ответов нет!
— А с королём будешь говорить? — поинтересовалась я, осторожно отходя от неприятной темы о родителях.
Риан задумчиво посмотрел на меня. В его взгляде была надежда и опасение. Верно, есть вероятность, что родитель откажется признавать сына. Кому такое приятно? Но если всё будет хорошо и Кристиан с распростёртыми объятиями встретит Андриана? Кто не рискует, тот не пьёт шампанского, как говорится. Дальше дело зависит не от меня, а от смелости сатаны.
— А стоит? Он же может меня послать или не принять. Как я понял, мы послезавтра уезжаем назад в Ланберг, — горько хмыкнул друг. — На рассмотрение заявки уходит около месяца.
Нет, он вроде бы умный, начитанный, а иногда такой тупой, аж у виска покрутить хочется!
— Ты глупый или да? Седлай коней, сатана!
Ух, как сказала красноречиво, даже погордилась недолго!
— Сама ты, чудище, глупая, — проворчал Андриан, но направился к выходу. — А мне вот обидно. Нашла ещё, чем гордиться.
— А мне вот тоже за «рыжее чудище» обидно. Мы квиты.
М-да, ну у нас и парочка: чудище и сатана. Зато все трудности для нас не помеха, а в компании Риана я действительно ощущаю себя уютно. Однако…
Пока я ухала на Дине в сторону дворца, думала о том, как Андриан вдруг стал мне дорог. Когда это успело произойти? Как быстро? Помню, при первой встрече он на мне применил ментальную магию и открыто угрожал мне едва ли не смертью, а сейчас я ему безоговорочно готова доверить жизнь. А насколько похожи отец и сын? Станет ли его величество Кристиан применять ко мне страшное колдовство? Боги милосердные, об этом лучше не думать…
Ощутила укол совести за свои слова во время нашего первого путешествия с Рианом, когда мы вдвоём ехали на одной лошади в Ланберг. По сути, Андриан действительно мог меня бросить в деревне одну. И что бы произошло тогда? Не умерла бы я от голода? А если бы вернулась в Пепел, то была бы убита барсами? В тот день я говорила ему меня бросить, умоляла, но он упорно меня отговаривал. Твердил про свободу. Про целый мир, открытый у меня. Он удивлялся тому, что я не стремилась к свободе в его понимании. А свободна ли я сейчас?
Вот ответа на этот вопрос я тоже не знала, да и не очень интересовалась этим, поскольку мысли мои вернулись в настоящее и к маловероятному, но возможному разговору с самим королём.
***
Миловидная женщина за длинной стойкой приветствовала нас учтивой улыбкой, очень похожей на искреннюю, словно только нас и ждала. Мы с Рианом встали в очередь на подачу прошения об аудиенции его величества. Вот это толпа, скажу я вам! Интересно, а Мирон быстро прошёл или как все смертные стоял и ждал?
Я краем глаза заметила, как начали переговариваться гвардейцы и кивать в нашу сторону. Неуютно сразу как-то стало. Когда солдаты о чём-то наконец договорились, то тройка поджарых воинов двинулась к очереди. Возможно, что не прямо к нам с Андрианом, но смотрели они исключительно на нас. Когда один из мужчин заговорил, то обращался к напряжённому Риану:
— Мистер Андриан Сатанор? — уточнил командир.
— Именно.
Я ожидала чего-то страшного, но человек только почтительно поклонился и отрапортовал:
— Ваше величество вас ожидает, прошу за мной.
Мы с другом переглянулись и пошли за человеком, одновременно я вертела головой, рассматривая прекрасный дворец уже изнутри. Честно, тут тоже помпезно, роскошно, шикарно и изысканно. Судя по изобилию в интерьере синего, белого и золотого — эти цвета символизируют Ромпир лучше всего. Не знаю почему, но я была полностью согласна. Белый — чистота намерений; золотой — признак процветания, ну а про синий цвет я пока ничего не могу сказать. Здесь с таким же успехом мог быть и зелёный. Вот ведь тайна века… но я сильно разочаруюсь, если это просто будет прихоть короля, который синий любил.
— О чём задумалась? — шепнул Риан, хоть и так знал, что у меня на уме. Среди людей его вряд ли будут ругать за ментальную магию, поскольку не учуют. А вот я её чувствовала и Андриан как раз её использовал.
— Почему синий? Я права по поводу того, что золотой, белый и синий — цвета Ромпира? — всё-таки спросила я и у друга, и у стажей.
— Да, мисс, — откликнулся главный. Потом недоумённо посмотрел на меня: — Я думал, что вы уроженка Ромпира.
— Она из Святой империи, — быстро ответил Риан.
Вообще-то стражей не касается то, откуда я.
«Касается», — хмыкнул Риан.
«А что там с синим?»
«Глаза королей. У ментального колдовства сапфировый цвет, так что у потомственных ментальных магов такие же глаза. Однако не советую рассматривать очи короля в упор, так что просто прими это как факт, хорошо?»
