Повисает гнетущая пауза.
– Это зэк бывший. – нехотя объясняет, – Местный «смотрящий», который курирует весь мелкий криминал в городе. Батя говорил, что чел он непростой. Они за ним и братвой его давно охотятся, но пока взять кого—то не удалось. – останавливается, а потом с неверием выдаёт: – Пиздец… я думал Рус сам по себе промышляет, а он связался с этим уёбком. Ты хоть знаешь, на что он способен, Даша?
Могу только догадываться. Всё, что я знаю о криминале, почерпнуто из книг и фильмов. А сегодня я имела возможность прикоснуться к этому миру лично.
И мне это не понравилось.
Зачем это было нужно Руслану, Боже?
– И что Шмелев? Забрал тебя и отвез домой? – спрашивает Слава, так и не дождавшись от меня ответа на прошлый вопрос.
– Да.
О том, что было в промежутке распространяться я не хочу. Это касается только меня и Руслана.
– Ну хоть не совсем без мозгов остался. Ты запомнила их? Можно отцу заявление накатать.
– С ума сошел? Если мой папа узнает, он меня из дома не выпустит.
– И что? Оставить их шляться по городу дальше?
– Я все равно не видела их лиц. Они в масках были.
Вру, пока не понимая зачем. Просто шестое чувство подсказывает, что из—за меня Руслан и так уже влип по уши, а если я еще и заявление подам на его подельников, то станет в разы хуже.
– Жаль. Можно было бы их прижать.
– А Руслана? – резко оборачиваюсь к нему.
– Что Руслана?
– Его тоже прижать?
Славик недовольно сжимает губы.
– Он, между прочим, в ограблении участвовал. Непосредственно.
– Он – твой друг, между прочим, – последние слова выделяю другой интонацией, потому что не понимаю его сейчас.
–
– Я в курсе. Но, в отличие от тебя, не отворачиваюсь от людей, которые мне когда—то были близки.
– А я, в отличие от него,
Я выдыхаю.
Внутри всё бурлит, как перегретый чайник, вот—вот и сорвёт крышку. Но я знаю, откуда это раздражение. Это тревога за Руслана. И если отбросить субъективную точку зрения, в чем—то Слава прав. Вот только мы оба знаем, что просто так Руслан бы не начал всем этим заниматься.
И он пообещал бросить. А значит он это сделает.
– Ладно, прости, – сдается первым Слава и обняв меня за плечи, прижимает к себе. – Я волнуюсь за тебя.
Утонув в его объятиях, тоже пытаюсь успокоить сорвавшийся пульс.
– Не злись, – просит Славик, проводя носом по моим волосам. – М?
– Я не злюсь, – сдаюсь. Еще пару дней назад я точно также кричала на Руслана, когда переживала за него. Поэтому причины для злости Славы мне очень хорошо понятны.
– Сильно испугалась сегодня, Даш? – он отстраняется и заглядывает мне в лицо.
Во взгляде забота и волнение.
– Было немного. Но уже все позади.
– Давай я буду провожать тебя до универа и встречать после пар. Хотя бы какое—то время, – его палец касается моей скулы, а я мотаю головой.
– Вот еще. Не надо. Ничего они мне уже не сделают. Руслан все решил.
В карих глазах вспыхивает короткая, злая искра. Он, кажется, хочет что—то возразить, но дверь в комнату без стука открывается. Папа заглядывает внутрь и тут же тормозит.
– Извиняюсь, дети. Не вовремя.
Я представляю какая картина перед ним открывается и быстро выбираюсь из рук Славы.
– Всё нормально. Мы уже собирались к вам.
Проходя мимо отца, замечаю, как он подмигивает Белозёрову. Папа спит и видит нас вместе. И, наверное, сейчас в глубине души просто ликует, приняв наши дружеские объятия за нечто большее.
– Ну, вроде у нас неплохо получается, – с гордостью заявляет отец, окидывая взглядом результат проделанной работы.
Не могу с ним не согласиться. Я впервые сегодня кладу крышу, бате же не привыкать. Он делал это уже не раз, когда брал подработку.
– На сегодня всё? – бросаю взгляд на наручные часы.
– Думаю, да. Над кухней постелили, уже хорошо. Завтра продолжим. За неделю должны управиться.
– Тогда слезаем.
Принимаю душ и переодевшись, сажусь на байк. До двора Дашки можно пройтись пешком, но я хочу успеть перехватить её раньше.
Подъезжаю как раз, когда она сворачивает из—за поворота. Торможу недалеко от арки. Слезаю с мотоцикла и встречаюсь с ней взглядом. Даша расплывается в смущенной улыбке, а моя сердечная мышца толкается в ребра в ответ на это её действие.
Верю ли я, что всё так резко вывернулось наизнанку? Пока нет. Мне всё время кажется, что может произойти какая—то херня и откинуть меня назад. Туда, где мы существуем отдельно друг от друга. Где она – богатая девочка, не отказывающая себе буквально ни в чем, а я сын зэка, от которого её родители ей велят держаться подальше.
И ведь ничего не изменилось. Я все еще сын зэка, шпана, как сказал её отец, а она остаётся дочкой бизнесмена. Пропасть, что была между нами, никуда не исчезла. Но сейчас мне на это плевать. Я хочу построить над ней чертов мост. Потому что там, в этой пропасти все эти четыре года было без Дашки было хреново. Там все было в серых тонах.
