– Мы не можем стационарно копировать информацию. У нас просто нет такого количества бумаги. Наверное, такого количества бумаги не найдется на всей Станции. Нам понадобятся месяцы, чтобы восстановить все – но это в свою очередь может не помочь нам разрешить проблему. Если вирус останется в системе, он просто снова сотрет всю информацию, как только мы восстановим ее.
– Но мы должны что-то делать. Я дам несколько команд. Если мой пульт отключится, то восстановить его функции будет несложно. Мы можем взять копию с мостика. Может быть, нам даже удастся стереть вирус.
– Если у меня все будет нормально, мы будем подключать наши системы одну за другой до тех пор, пока не начнутся проблемы.
– Вопросы? – спросил он. – Комментарии? Замечания?
Сканоператор и рулевой покачали головами. Остальные просто сидели и ждали.
Во рту у Морн пересохло; ей, казалось, стало тяжелее дышать, словно система жизнеобеспечения начала барахлить. Любое судно глубокого космоса зависело от работы компьютеров. Ее ужас перед
Но она не ожидала, что командный пульт отключится. Как сказал Ник, восстановить информацию было легко – а она была уверена на сто процентов, что Орн задал «Капризу капитана» непростую задачку. Нет, вирус скорее всего сидел в информационном компьютере, где он мог принести наибольший вред; в компьютере, к которому Орн имел наиболее частый доступ.
Так что она не удивилась, когда пульт Ника не перестал работать и продолжал гореть спокойным зеленым светом. Для проверки он увеличил ускорение, несколько повернул «Каприз капитана», отключил внутреннее
– Этот чертов трахальщик собственной мамаши, – мягко выругался он. – Почему он оказался таким ловким сукиным сыном? – Но это его не испугало. – Ну хорошо. Руль относительно безопасен в настоящий момент. Мы оставим его в покое. Я перехожу в автоматический режим. – Его глаза сверкали радостью битвы. – Посмотрим, что произойдет, когда я отключу тепло в ядре.
Мальда нервно хихикнула.
– Какое-то время они не заметят разницу, – сказал Макерн. – Весь корабль изолирован.
Кармель закатила глаза. Микка выдохнула:
– Тогда это вполне безопасный эксперимент.
– Макерн, – рявкнул Ник, – у тебя нет ни капли чувства юмора. – Он лихорадочно работал, набирая на клавишах функции, запуская программы, которые сводили внутренние системы к нему под контроль. Через несколько минут он был готов.
Морн не почувствовала в воздухе никаких изменений. Только стало тяжелее дышать, словно в легких скопился углекислый газ. Не в первый раз она вспомнила о черной коробочке, лежащей в ее каюте. Она помогла бы ей восстановить тонус.
Волнения не слишком хороши для беременных…
– Пояса, – хрипло сказал Ник.
Его люди проверили пояса. Бессознательно повторяя действия друг друга, Морн и Микка схватились за подлокотники кресла Ника.
Он внимательным взглядом обвел мостик. Затем объявил:
– Отключаю обогрев, – и забарабанил по клавишам.
Слабый стук клавиш был отчетливо слышен в тишине.
Под далекий стон сервомоторов «Каприз капитана» лишился внутреннего вращения.
И в то же самое мгновение худший кошмар людей далекого космоса стал явью.
Все питание на мостике отключилось.
Приборы, пульты, освещение; все стало черным. Весь корабль погрузился во тьму, такую же черную, как слепое пространство между звездами.
Погруженная в водоворот собственных мыслей, Морн завыла, словно «Повелитель звезд» погибал вновь; словно она снова уничтожила свой корабль, а вместе с ним – все, что любила.
Интертех – мощная научно-исследовательская компания, базирующаяся на станции Передовая на орбите Земли – сама вызвала и сама же оказалась первой жертвой одного из самых удивительных происшествий в истории человечества: Бунта Человечества.
