Фергюсон готов был поклясться, что мадам Герье никогда не задумывалась, откуда берутся бастарды, и не знает, что карьера актрисы зачастую заканчивается в постели аристократа. Она ведь такая наивная! Ее могут просто изнасиловать в переулке. Дьявол! Ему следовало помалкивать. По его вине тайну раскроют: или ее узнают зрители, или Вестбрук попытается забраться к ней под юбку и обо всем растрезвонит в свете. Фергюсон, как завороженный, смотрел на плавные движения и прекрасные ноги Маргариты. И ругался себе под нос.
Потом он снова посмотрел на Вестбрука, и в этот момент в его голове начал складываться план. Он не мог запретить мужчинам приближаться к ней, но он мог сделать так, чтобы в ней перестали видеть возможную любовницу. Для этого все должны считать, что у нее уже есть любовник. Во всяком случае, он позаботится, чтобы всем так казалось.
Мадлен вышла на поклон. Успех был оглушительным, аплодисменты никак не утихали. Только два дня назад мадам Легран напечатала рекламные листовки и разослала приглашения на новый спектакль с участием Маргариты Герье, но все билеты были раскуплены. Аплодисменты и выкрики зрителей ласкали слух, но внутри у нее все сжималось от страха. Кажется, сегодня весь высший свет собрался в зале. Мадлен чувствовала напряжение в душном зале, как перед грозой.
И все же в глубине души она была счастлива. Как ничему другому, она радовалась этой необходимости вернуться на сцену. Только тут ее действительно любили, сегодня вечером просто обожали. Звуки обволакивали ее, сцена под ногами дрожала. А на балу эти же люди от нее отвернутся, те самые, которые здесь готовы пасть к ее ногам.
Она поклонилась в последний раз. Ей следовало поторопиться — она должна вернуться в Солфорд Хаус раньше тети. Мадлен ушла за кулисы, где ее уже поджидала мадам Легран.
— Мадам Герье, — предостерегающе прошептала она, — тот герцог, который уже приходил сюда, снова здесь. Грозится устроить скандал, если ты откажешься встретиться с ним!
Мадлен поджала губы. Да как он смеет?! Или он в сговоре с мадам? Нет, быть такого не может! С этим мужчиной ей нельзя было встречаться, но соблазн был слишком, слишком велик.
— Я сама попрошу его уйти, — решилась она.
— Я не только из-за него беспокоюсь, — забыв про акцент, сказала мадам. — Там выстроилась целая очередь мужчин, которые хотят увидеться с тобой.
— Что?! — воскликнула Мадлен.
— Будь осторожна. Веди себя так, словно всю жизнь играла в театре, — быстро проговорила мадам Легран. — В гриме тебя никто не узнает. Однако ты не сможешь защититься своим настоящим именем.
Кровь застыла в жилах Мадлен.
— Я должна найти Жозефину. Она знает, что делать.
Мадлен бросилась в гримерку, но, распахнув дверь, увидела Фергюсона. Она была готова искать защиты в его объятиях, но опасный огонь, горевший в его глазах, остановил ее.
— Что вы здесь делаете? — спросила она.
— Спасаю вас, — он вплотную подошел к ней.
Настоящий герой, готовый сражаться за нее. Она представила его в плаще и со шпагой. У нее перехватило дыхание. Но он был совершенно не похож на спасителя и вел себя, как настоящий дикарь. Мадлен попятилась, но он остановил ее.
— Останьтесь, — сказал он. — Вам опасно выходить одной.
Она услышала крик, а затем звук тяжелых шагов. Сюда явно направлялся мужчина.
Мадлен вздрогнула. Фергюсон коснулся ее щеки. Он пристально смотрел ей в глаза, словно решаясь на что-то, и через секунду принял решение. Она не понимала, что творится у него в душе. На его лице появилось странное выражение, непонятное ей.
— Доверься мне, Мадлен, — прошептал он.
Услышав свое имя, она охнула и умолкла, не в силах что-либо возразить. И тогда он обнял ее. И поцеловал.
Жар его губ, его объятий, плюс ее собственный страх грозили сжечь ее дотла. Она попыталась вырваться, но Фергюсон крепко держал ее. Мадлен ударила его по голени, он дернулся, но не отпустил ее. В этот миг за ее спиной открылась дверь, шаги замерли на пороге. Мадлен затихла. Фергюсон сжал ее в объятиях, как трофей, и посмотрел поверх ее головы на вошедшего мужчину.
— Смелая девочка, не так ли?
Мадлен попыталась обернуться, но он, не ослабляя объятий, не дал ей такой возможности. За спиной она услышала гнусавый голос:
— Похоже на то. Я надеялся, вы не станете ее атаковать.
— Не стану? Вы меня плохо знаете, Вестбрук.
Мадлен задохнулась. Это имя — граф Вестбрук — было у всех на слуху. Рядом с ним ни одна женщина не могла чувствовать себя в безопасности. Особенно это касалось молоденьких девушек из богатых семей.
