Эней повернул голову и уставился в пламя огня в камине. Он не моргал. Шари нервничала, не слишком ли сильно она надавила на него. Она опять смутилась, что дала волю эмоциям и причинила ему неудобство, взяв за руку. Сорин же выглядел на удивление уверенным в себе. Словно знал, какой ответ последует.
Эней посмотрел на брата и сестру, и огонь превратил его голубые глаза в ледяное пламя.
– Я иду с вами.
– Поче… – Шари хотела узнать причину, но Сорин её перебил:
– В качестве спутника?
– Да, – коротко подтвердил Эней.
– Слава Дарису! – радостно засмеявшись, воскликнул Сорин.
– Да, но почем… – она попыталась снова, и вновь была остановлена. На этот раз брат прикрыл её рот тёплой ладонью.
– Кому какое дело до причин, если ответ получен?
Шари сдалась. Скрежет на крыше превратился в недолгую тишину, затем дверь дома открылась, и вошёл Тари. Он обвёл помещение взглядом, убедился в своих мыслях и приютился рядом с камином. Свет плясал на его сложенных крыльях приглушёнными пятнами.
Сорин ознаменовал завершение дня победоносным ужином. Он помогал сестре при готовке, потому что Шари едва шевелила руками. В течение всей трапезы брат составлял план действий на завтрашний день.
Им предстояло провести последнюю ночь дома.
Немного снисхождения Шари заслужила, как она считала. Однако в глубине души не ждала таких подарков. Поэтому для неё было полной неожиданностью обнаружить, что она проспала до полудня под охраной бдительного Тари. Грифон лежал рядом с её кроватью, вытянув крыло и тихо подчищая перья. Солнечные лучи, прорываясь сквозь облачные ямы Верхнего мира, проникали в окна, в щели стен и бессовестно сновали по всей комнате. Шари недовольно нахмурила брови, когда солнечный зайчик одарил теплом её лицо. Натянула покрывало на голову, но потревоженный покой было не вернуть.
Она открыла глаза и боковым зрением увидела Тари. Заметив её пробуждение, тот прекратил чистку и мотнул головой, словно спрашивая, как она поживает.
– Давно у нас дома не было так много народу, Тари, – спросонья она говорила более хриплым голосом, чем обычно. – Настолько, что тебе приходится ночевать со мной.
Тари повёл плечами, складывая крылья за спиной. Для него ничего из ряда вон выходящего не случилось – совместные ночи были в ходу в ранние годы их семейства. Поменялось только распределение: Шари охватила взглядом комнату брата, в которой спала, и в очередной раз убедилась, как много у него вещей.
Она не могла позволить Энею чувствовать себя ещё более зажатым, поэтому решила оставить ему свою спальню на эту ночь. Сорин спал в кресле, из-за чего всё утро стонал, как ломило тело. Благо, делал это шёпотом, чтобы не разбудить сестру.
После утренних процедур переодевания и умывания Шари похватала всё, что не нужно готовить и можно съесть прямо так, и присоединилась к ребятам. Они выходили из сарая, когда пересеклись с проснувшейся.
– Ты весьма притомилась вчера, Шари, – приветствовал её брат, хлопая по плечу. Зелёная бандана была повязана на голове.
Эней воздержался от слов и кивнул.
– Надеюсь, путешествие будет легче, чем подготовка к нему. И да, в твоём плане предусмотрено, чтобы в каждом пункте, где мы будем останавливаться, была возможность помыться? – ещё мокрые волосы щекотали лицо Шари. – Если нет, я умываю руки.
– Я сделал ставку на то, что в самом дворце у нас не будет времени на такого рода… приземлённые дела. Не хочешь начать привыкать к этому?
– Фу, – скривилась она, – нет, такой вариант даже не рассматривай. Опасности опасностями, но даже три дня без водных процедур сведут меня с ума.
– Не говоря уже о весьма щепетильных в этом вопросе альдах, – вставил комментарий Эней.
– К тому же, тебе надо будет как-то бриться, – Шари дотронулась до подбородка брата, коснувшись большим пальцем ямочки. – Не хочешь же ты быть как дядя.
– Я ещё недостаточно стар для бакенбард и бороды, – пробурчал Сорин. – Но вы правы, да. Мы ограничены в средствах, однако я постараюсь устроить всё так, чтобы мы не походили на бездомных оборванцев.
– И на том спасибо.
Только зайдя в дом, Шари увидела, что ребята не с пустыми руками. К рюкзаку Сорина добавились ещё вещи, такие как сумка, покрывала, глиняная посуда, немного лекарств, пара книг. На столе разложена огромная карта. Рядом лежали листы бумаги, исчирканные почерком Сорина. Тари вышел из спальни и посмотрел на карту со скрытым любопытством.
Разглядывая всё это, Шари не заметила, как рядом с ней встал Эней.
– Я знал, что ратты по натуре своей дотошны, когда нужно, как вы говорите, «сделать дело». Но никогда не видел подобного вживую.
– С таким подходом у нас, возможно, есть какой-никакой, но шанс хотя бы добраться до Верхнего мира, – с большой натяжкой судила Шари.
– В тебе больше скепсиса, чем должно быть во мне, – покосился на неё Эней.
– Я знаю Сорина дольше, чем ты, – пожала она плечами, – и в его чёткие планы всегда вносятся импровизированные коррективы.
