философию цивилизации, которая требовала преуменьшать важность физических
деяний. При всем обожания Конана с её стороны, он был для нее, по сути, лишь
варваром, который доверял только стали и собственным кулакам.
Ясмина не держала при себе оружие, которое было оставлено ей, так что,
когда она услышала шорох занавесок, клинка не было под рукой. Девушка
повернулась и посмотрела на стену широкими от внезапного страха глазами. Она
знала — или думала, что знает, — что позади обивки была прочная, каменная
стена, выстроенная на крутом горном склоне.
Теперь, однако, драпировка оказалась поднята чьей-то когтистой рукой.
Вслед за ней, появилось и лицо — дикое, озлобленное, серое лицо с горящими
глазами и прямыми волосами, спадающими низко на лоб. Тонкие губы
раздвинулись, обнажив острые зубы.
Ясмина была так удивлена, что замерла неподвижно, пытаясь найти простое
объяснение этому явлению, в то время как в комнате появился человек,
проскользнувший сюда тихо, мерзко напомнив своим видом рептилию. Потом
девушка заметила черную дыру, зияющую в стене, позади поднятой драпировки и
виднеющиеся там лица — физиономии двух белых людей, жесткие и
беспощадные, как валуны.
Она вскочила и бросилась за своим кинжалом, но тот лежал на другом конце
дивана, девушка почти дотянулась до него, но мужчина невероятно быстрым
движением преградил ей дорогу и схватил своими худыми руками, прикрывая рот.
Её гибкое, извивающееся тело произвело на него впечатление не больше, чем
усилия ребенка.
— Быстро! — приказал он хрипло. — Свяжите её!
Белые люди вошли в комнату, но только сопровождающий их жрец выполнил
его приказ и подал ему атласный кляп. Один из белых поднял кинжал.
— Остерегайтесь немого, который спит на лестнице, — сказал он порывисто.
— Это не наш человек, а ставленник из народа, который должен ее охранять. Даже
немой может говорить жестами.
Жрец с дьявольским выражением на лице низко поклонился и, отперев
дверь, вышел из комнаты, поглаживая пальцем по лезвию длинного ножа. В
тайном проходе появился еще один жрец.
— Ты не знала о скрытой двери, — радостно засмеялся Клонтар. — Глупая!
Гора под храмом вся продырявлена туннелями как решето! За тобой постоянно
следили. Служанка, о которой думала, что та спит одурманенная, подслушала,
когда вы этой ночью сговаривались с Конаном. Это не спутало моих планов,
кроме того, я уже послал своих жрецов, чтобы убить Конана. Когда это
произойдет, мы покажем его тело народу, а о тебе поведаем, что богиня вернулась
к своему отцу на седьмой круг преисподней, потому что Готхэн был омрачен
присутствием варвара. В это время туранцы будут уже далеко на пути к Гиркании,
вместе с тобой, моя прекрасная богиня! Дочь Эрлика! Не дергайся!
— Мы теряем время, Клонтар, — сухо прервал его Вормонд. — Ты говорил,
что когда мы окажемся в горах, то не встретим больше ни одного иргиза, а я хочу
уже на следующий день быть подальше от Готхэна.
59
Верховный жрец кивнул и позвал другого жреца, который вошел в комнату,
и они поместили Ясмину на принесенные носилки. Брагхан взялся за другой
конец. В этот момент пришел первый из жрецов, вытирая окровавленный кривой
нож. Клонтар приказал ему спрятаться за гобеленом.
— Конан может вернуться сюда до того, как наши люди найдут его.
Потом они прошли через секретную дверь и погрузились в темноту,
освещаемую лишь масляной лампой в руке Клонтара. Жрец задвинул тяжелый
каменный блок, который являлся частью стены и заблокировал его засовами из
бронзы. В тусклом свете лампы, Ясмина увидела, что они находились в узком
коридоре, который круто вел вниз, заканчиваясь длинными, узкими ступенями,
вырезанными в твердой породе.
У подножия лестницы они вошли в нижний туннель и проследовали по нему
в течение долгого времени. Туранцы и жрец по очереди сменялись у носилок.
Туннель заканчивался скальной стеной, в середине который находился каменный
блок, закрепленный на навесах. Повернув его, они вошли в пещеру. Сквозь чащу
ветвей у её выхода мигали звезды.
Каменный блок Клонтар толчком отправил назад на место, где он стал
неотличим по внешнему виду от неровных стен пещеры. Клонтар погасил лампу,
и мгновение спустя принялся отодвигать в сторону густую растительность,
маскировавшую выход из пещеры. Когда вы вылезли на поверхность, Ясмина
заметила, что деревьями были покрыты оба берега ручья.
Когда похитители протащили носилки через деревья, перешли неглубокий
ручей и поднялись на противоположный берег, Ясмина заметила скопление огней
на его правой стороне. Это был Готхэн. Они вышли из туннеля, по крайней мере, в
миле за пределами города. Впереди лес восходил рядами вверх по черному
щебню, а слева поднимались ровными линиями горные хребты.
