Мы бежали по ромашковому полю. Счастье захлестывало нас с головой. Он уже почти догнал меня, но я каждый раз уворачивалась, и его руки хватали воздух. Я повернулась и посмотрела на него. Наши глаза блестели азартом погони, а улыбки могли бы зажечь новое солнце. Наконец, он одним прыжком преодолел разделяющее нас пространство и заключил меня в объятия. Его руки были такими сильными, обнимали так крепко, что вырваться было бы не возможно, но я этого и не желала. Мы все еще не могли отдышаться после бега, а пульс с новой силой начинал свой разбег. Мы смотрели друг на друга и не могли насмотреться. Наконец, он опустил голову и сначала нежно, а потом все более требовательно начал целовать мои губы. Голова моя закружилась, а чувство ориентации в пространстве покинуло напрочь. Если бы он меня сейчас отпустил, я бы точно упала, но я знала — он будет держать меня крепко и не отпустит никогда!
Звонок будильника как гром среди ясного неба разбил в дребезги мой сон и самая прекрасная в мире иллюзия испарилась. Я готова была кричать от разочарования, чертов будильник, не мог позвонить на полчаса позже. Но тут я вспомнила, что эта самая иллюзия будет меня ждать у подъезда через сорок минут и остатки сна сдуло безвозвратно.
Как в лихорадке я стала бегать по квартире и думать, что одеть, как накраситься, что обуть, как причесаться. В итоге мой выбор остановился на синем платье чуть выше колен с длинными рукавами, вырезом лодочкой и расклешенной юбкой. На глаза нанесла светлые тени, лишь чуть-чуть оттенив более темным оттенком по краям, затем тушь, немного пудры и помада. Волосы распустила, и кудряшки весело рассыпались по плечам. Поверх платья накинула кожаную курточку и любимый шарф с синими вставками. Осталось только обуться и я буду готова. Боже мой, как колотится сердце, я еще ни разу не собиралась так на свидание, да и свидание ли это? Человек просто предложил меня подвести, может он просто чувствует вину, за то, что ударил меня дверью до потери сознания и хочет хоть как-то ее загладить. Кстати, шишка, на удивление, почти не видна, хотя я все же постаралась прикрыть ее прядкой волос, и даже практически не болит, а вот обожженная нога все-таки дает о себе знать гораздо больше.
— Блин, я же забыла надеть колготки, хороша, нечего сказать, в куртке и с голыми ногами. — Проворчала я себе под нос. — Где же я их положила…
В этот момент мой взгляд упал на часы. Оказывается, я уже опаздываю на пятнадцать минут. Кое-как я нашла и надела на больную ногу колготки, обула черненькие сопожки и уже готова была вылететь за дверь.
— Господи, а где моя статья! Вот балда! Ради чего я тогда туда еду? — И я с удивлением поняла, что меня совершенно не волнует издатель и моя статья, да вообще ничего, кроме этого синеглазого. — Бред какой-то.
Чтобы отделать от наваждения я даже тряхнула головой, а потом быстро засунула необходимую папку и флешку в сумку и выскочила из квартиры. Только тогда до меня вдруг дошло, что он может забыть и вовсе не приехать. Внутри меня все колотилось от напряжения, когда я выходила из подъезда. Однако волновалась я зря — он ожидал меня прямо перед подъездом около своей машины.
— Привет. Прекрасно выглядишь! Голова, не болит? — Спросил он, когда я подошла чуть ближе.
— Привет, вроде бы все в порядке. — Мои губы сами собой расплылись в счастливой улыбке.
Когда я подошла в плотную, он протянул руку и отодвинул волосы с моего лба.
— А шишка все же есть. Прости меня, я не хотел, чтобы так вышло.
Он смотрел на меня своими синими глазами, и я готова была простить ему все на свете, а его прикосновения волновали меня гораздо больше, чем я бы этого хотела.
— Да ничего страшного, со всеми бывает, — пролепетала я отодвинувшись и постаралась прикрыть шишку волосами. Похоже, для этого синеглазого ничего не стоит меня смутить.
— Ну что ж тогда поехали, — и он приоткрыл для меня дверь машины.
Я опасалась, что чувственное напряжение, возникшее между нами вчера, сделает нашу поездку очень напряженной. Однако, Максим, сразу же начал забрасывать меня различными вопросами, что позволило мне более-менее расслабиться и отдаться беседе.
— Алиса, расскажи мне о себе.
— И что ты хочешь знать?
— Ну, в общем то, все. — И улыбнулся обалденной улыбкой. — Где ты родилась, выросла, как жила, есть ли у тебя братья или сестры?
— Так, стоп, об этом обычно не спрашивают при первой встрече. — Я хотела сказать «на первом свидании», но во время остановилась.
— А у нас и не первая, а вторая, ты что забыла? — И та же улыбка тронула его губы снова. — Просто мне ужасно интересно, какая ты?
— М-да, даже не знаю с чего начать.
— Лучше всего с самого начала.
Я уставилась на него в изумлении: неужели ему и правда это интересно? Однако, он всем своим видом показывал, что это так.
— Ну что ж, тогда слушай, Я поведаю тебе историю своей необыкновенной жизни. — Сказала я и театральным жестом закатила глаза и заломила руку. Немного с ним посмеявшись, я начала:
