Моя жизнь состояла из трех вещей: клетки, драк... и победы. Я ненавидел правила и ненавидел следовать за другими. Вот почему эти ночи крови, пота и токсичного напряжения были тем, ради чего я жил. Было влажно, в воздухе повисли запахи пота и грязи, парни настраивались, чтобы делать то, ради чего они сюда пришли - драться. Я чертовски любил это: острые ощущения от боя, радость победы и высшее удовлетворение от победы в клетке. Именно это заставляло меня чувствовать себя живым, именно это заставляло кровь в моих жилах бурлить от возбуждения. Моя сила, мои боевые навыки и способность отключать свою человечность, заставляя противника истекать кровью, возбуждали. Когда я был заперта в клетке, адреналин бурлил в моих венах, мои кулаки сжимались, а я не сводил глаз с цели. До тех пор, пока не встретил ее… Она больше не была восемнадцатилетней сестрой моего лучшего друга с невинным личиком и растяжкой со знаком "Стоп" на заднице. О нет. Пейтон Миллер повзрослела, округлилась во всех нужных местах... Годами мне удавалось убеждать себя, что я поступил правильно, уйдя той ночью. Сейчас я не был так в этом уверен. Но в одном я был уверен точно: Пейтон Миллер могла быть недоступна пять лет назад, но сегодня... она - победа в честной игре.
Переводчик: Лена
Редактор: Alteplaza
Вычитка: Ms. Lucifer
Моя жизнь состояла из трех вещей: клетки, борьбы... и победы. Я ненавидел правила и ненавидел быть ведомым. Вот почему эти ночи крови, пота и токсичного напряжения были тем, ради чего я жил.
Было влажно, в воздухе густо висел запах пота и грязи, когда мужчины настраивались на то, ради чего пришли сюда — сражаться.
Мне чертовски нравились острые ощущения от борьбы, порыв победы и высшее удовлетворение от чувства контроля в клетке. Это было именно то, что заставляло меня чувствовать себя живым, что заставляло кровь в моих венах кипеть от возбуждения. Моя сила, мои боевые навыки и способность отключать свою человечность, заставляя моего противника истекать кровью, - вот что волновало меня.
Пока я был заперт в клетке, адреналин бурлил в моих венах, мои кулаки сжимались, и я не сводил глаз с мишени. Придурок передо мной был моим аперитивом перед настоящим боем в эту ночь, и, судя по всему, он долго не продержится. Еще один хороший удар, и он распластался бы на земле. Он называл себя Мясником.
С уже заплывшим закрытым глазом, светлыми волосами, блестящими и жирными от пота, с лицом, залитым кровью, Мясник шагнул вперед и с размаху ударил меня в лицо. Я воспользовался моментом и нанес удар, впечатав кулак аккурат в челюсть Мясника. Звук ломающейся кости заполнил мои уши, и по тому, как кровь брызнула у него изо рта, я понял, что все кончено.
Мясник развернулся, его глаза закатились, как только он приземлился на землю, как безжизненный труп.
Толпа взорвалась криками, воплями, аплодисментами и скандированием моего имени.
Покрытый потом и не только своей кровью, но все же наслаждающийся своей сладкой победой, я выпрямился, вытирая нос тыльной стороной ладони. Металлический привкус крови, покрывающий мой язык, только усилил возбуждение, которое волнами пробежало по моему телу. Дверь клетки открылась, и когда я вышел, женское тело врезалось в мое.
— Так держать, Стил!
Я немного споткнулся, когда Вэл бросилась в мою сторону, обхватив меня ногами за талию и руками за плечи.
— Ты гребаная скала, чувак!
Обняв Вэл за талию, я приподнял ее и повернулся, улыбаясь и наслаждаясь волнением по поводу моей победы. Это было
Но потом я увидел
Все вокруг меня погрузилось в безмолвие. Одномоментно я обрел способность к туннельному зрению. Ее лицо было единственным, что я видел – моя точка фокусировки посреди всего этого хаоса и насилия. Вокруг больше никого не было, были лишь мы… я и она... история, что нас связывала.
— Пейтон. — Ее имя слетело с моих губ тихим шепотом, как будто оно все еще принадлежало мне, как будто не было тех пяти лет, как мы расстались. Тупая боль в моей груди перерастала в пульсирующую боль по мере того, как я продолжал смотреть на нее. Каждую долю секунды, в которую наши взгляды пересекались, воспоминания, которые я так долго пытался похоронить, накатывали на меня одной сплошной гигантской лавиной… черт.
— Что скажешь, Стил? Хочешь поедем ко мне домой? — Вэл положила ладонь мне на щеку и провела языком по моей челюсти. Обычно мне бы понравился такой прямой жест гарантированного секса, но пока я смотрел на знакомое лицо из моего прошлого, скрытое в толпе, мне было наплевать на откровенное предложение Вэл трахнуться.
Убрав руку с талии Вэл, я опустил ее на пол, не сводя глаз с Пейтон. По тому, как Пейтон нахмурилась в ответ, я понял, что она узнала меня. Я уже видел это выражение на ее лице раньше. То было выражение боли, мерцающей в ее льдисто голубых глазах. Так было пять лет назад в ее спальне, сразу после того, как я понял, что она была единственной ошибкой, которую я не мог совершить.
Недолго думая, я направился к ней. Всю дорогу мы не сводили глаз друг с друга. Люди из толпы хлопали меня по плечам, поздравляли с победой, кричали и подбадривали, но я просто смотрел на блондинку передо мной. Образы ее прекрасного лица, доброты, которая всегда окружала ее, преследовали меня с каждым шагом, который я делал по направлению к ней. Тогда она была всем, чем я не был. Чистая, невинная, добрая... и наивная.
В ту секунду, когда я пробился сквозь толпу, стоя в нескольких футах от Пейтон, я замер. Не было ни малейшего шанса, что я смог бы перестать изучать каждый дюйм ее тела.