Запретный Талмуд полностью

Как мы уже знаем[45], мудрецы Мишны обязали обследовать дом в канун Пасхи (Песаха) на предмет обнаружения в нем хамеца и его уничтожения. Это установление содержит массу деталей, подробно обсуждавшихся позднейшими мудрецами, пытавшимися выяснить, какие места и когда именно необходимо обследовать с этой целью.

К примеру, мудрец по имени Рава задался таким вопросом: допустим, буханка хлеба лежит на высоком бревне; следует ли принести лестницу и взобраться по ней к бревну с тем, чтобы снять и уничтожить эту буханку?

В чем тут сомнение? С одной стороны, буханка находится высоко и, скорее всего, без причины с бревна не свалится, так что нет особого опасения, что она будет съедена в Песах. С другой стороны, буханка все-таки может свалиться с бревна; в таком случае следует опасаться, что она будет съедена в Песах.

Это сомнение не было разрешено, однако в ходе дискуссии у Равы возник другой вопрос. Допустим, буханка хлеба лежит на дне глубокой ямы, так что ее невозможно достать без лестницы. Необходимо ли принести лестницу, спуститься в яму и уничтожить буханку?

В чем тут сомнение? С одной стороны, буханка не умеет летать и наверняка не выберется из ямы, так что маловероятно, что она будет съедена в Песах. С другой стороны, может случиться, что человек сам спустится туда по какой-то надобности; в таком случае нельзя исключить, что буханка будет съедена в Песах.

Это сомнение также не было разрешено, однако его обсуждение породило еще один вопрос. Допустим, буханка хлеба находится во рту у змеи. Должен ли хозяин дома нанять змеелова, с тем чтобы тот отнял буханку у змеи (чтобы ее можно было уничтожить)?

В чем тут сомнение? Несомненно, змеелову нужно заплатить за работу. Между тем не ясно, имели ли в виду мудрецы, обязавшие обследовать дом перед праздником Песах, случай, когда обследование связано с материальными затратами вроде описанных выше. Быть может, их постановление подразумевает такие затраты, быть может, вовсе нет.

Это сомнение не было разрешено Талмудом.

Вавилонский Талмуд, трактат Песахим 10б

Талмуд установил, что кусок хамеца подлежит уничтожению в Песах, лишь если его размер превышает установленную единицу, кезайит[47], условно приравненную к объему оливки (или, когда речь о весе, примерно к 30 граммам). Если кусок хамеца по размеру меньше, чем кезайит, уничтожать его не обязательно.

Обсуждая вопрос о куске хамеца размером с половину кезайита, мудрецы высказали опасение, что два таких «безобидных» (маленьких) куска теста могут оказаться соединенными «ниточкой» (тонкой полоской) теста, так что общий размер образовавшегося куска достигнет кезайита. В таком случае эти куски необходимо уничтожить.

Мудрецы выдвинули такое условие: чтобы уничтожение обоих маленьких кусков стало обязательным, соединяющая их полоска теста должна быть прочной: именно, такой, что если потянуть ее вверх, оба куска потянутся вслед за ней. Если в ходе такого эксперимента полоска обрывается, куски теста можно не уничтожать.

Один из мудрецов ограничил действие этого условия ситуацией, когда оба куска теста лежат в одной миске. Если же они просто находятся где-то в доме, их необходимо уничтожить из опасения, что при уборке их сметут вместе, так что они составят один большой, равный кезайиту, кусок.

Кроме того, мудрецы выразили сомнение по поводу правила, относящегося к более «мягким» ситуациям, — например, когда один маленький кусок теста находится в доме, а другой — на чердаке, один в доме, а другой — на террасе, один в одной квартире, а другой — в соседней, один — в одном доме, а другой — в соседнем. Обязательно ли уничтожать маленькие куски во всех этих случаях?

Талмуд не дал определенного ответа на эти вопросы.

Вавилонский Талмуд, трактат Песахим 45б

Дабы заслужить наказание, установленное за съедение запрещенных продуктов, необходимо съесть их не менее кезайита — количества, условно приравненного к объему оливки (или, когда речь о весе, примерно к 30 граммам). Тот, кто съел меньшее количество, — не заслужил наказания.

Мудрецы разошлись во мнениях по следующему вопросу. Допустим, некий человек съел лишь половину единицы (кезайита) запрещенного продукта, а затем стошнил, извергнул съеденное наружу и съел его заново. Заслужил ли он наказание?

С одной стороны, он насладился процессом поедания полного кезайита, съев два раза по половинке. С другой стороны, в его желудке оказалась всего половина кезайита и соответственно лишь половинное количество калорий.