Поверить в то, что чудо все же случилось, я смогла лишь тогда, когда медсестры дали мне на руки мою Лизу в первый раз. Лишь тогда, когда я смогла прижать к своей груди и вдохнуть ее запах.
Вот уже три года я растила свое маленькое сокровище одна.
Впрочем, сказать, что я была совсем одна, было бы враньем.
Мне очень сильно помогли.
Алан, Тася, Тагир.
Тася поддерживала меня на протяжение всего кошмара, в который я погрузилась после ухода Святослава. Она стала лучшим другом и незаменимым человеком в моей жизни. Именно она помогла пережить все то, что свалилось на меня. Она же помогла, когда я узнала о беременности. Все рассказала, всему научила, а теперь наши дети ходили в один и тот же садик. Она родила чуть раньше меня.
Алан помог закончить университет, а затем устроил на работу в крупную фирму, в которой я работала переводчиком английского и арабского.
Но больше всех сделал мой брат. Мой любимый Тагир, который с самого детства защищал меня, никому не давая в обиду. Тагир, который готов был заботиться больше обо мне, чем о себе.
Благодаря нему, я и его племянница жили не на съемном жилье, а в своей собственной квартире в столице. Большой, хорошей и красивой трешке в новостройке.
Он продал все, что у него было и влез в долги. Он бросил бизнес, продал свою машину, отдал все деньги, что копил на свое жилье и свадьбу. К слову о последнем, невеста, узнав о таких проделках, бросила его, заявив, что не собирается жить с нищим.
Мы с ним тогда даже поругались, я отказывалась брать слишком дорогой подарок. Подарок, который лишал счастья моего брата, но он и слушать ни о чем не захотел, заявив, что его племянница не будет скитаться по съемным квартирам. И вообще, оно все к лучшему. Лучше узнать человека и оставить его сейчас, до брака, чем связать себя узами с той, что заглядывала в карман, а не в душу.
С тех пор брат уехал заграницу. Наверное, чтобы переосмыслить все и заново найти себя. А еще, чтобы заработать денег на новый стартап.
Что бы я не говорила, но я была чертовски ему благодарна. Да, я отказывалась от щедрого подарка, потому что понимала, чего он будет ему стоить. С одной стороны. С другой я понятия не имела, как справилась бы, если бы не Тагир. Как бы мы жили с Лизой? Где бы мы были с ней?
Я помнила и ценила все, что для меня сделали родные люди и старалась их не подводить. Оправдать их ожидания. Старалась быть отличной подругой, сестрой, матерью и коллегой.
Я просто обязана была доказать самой себе, что могу.
Сейчас у меня все было хорошо. Мы с Лизой жили в хорошем месте, у меня была достойная работа, я взяла хорошую машину в кредит. Потихоньку доучивалась на магистратуре, пока Лиза училась в частном детском садике. У меня были брат, друзья, замечательные коллеги и соседи. Я уже присматривала дочери школу, думала о том, чтобы сделать ремонт в ее комнате через год-полтора.
В общем, я зажила простой, обычной жизнью, которой жили тысячи людей по всему миру. Без оглядки на прошлое. Без оглядки на традиции, которые не позволяли мне быть счастливой. Без оглядки на глупые предрассудки, которые навешивали ярлыки, вроде «слишком поздно», «время упущено» или «без мужчины женщина не может быть полноценной и счастливой».
Могла и вполне себе была.
Да, конечно, это было не то счастье. Это было другое счастье. Оно было не таким ярким и ослепительным, не таким красивым и томительным. Оно было тихим, медленным, с накопительным эффектом, который усиливался от года к году.
Я смогла без Святослава.
Думала, что не смогу.
Была уверена, что не смогу.
Но ошиблась.
Мне дали силы друзья и семья, хотя я долгое время была уверена, что у меня нет ни тех, ни других.
Забыла ли я о своей любви и разрушенных мечтах? О свадьбе, о возлюбленном, обещавшим меня оберегать от всего до нашего последнего вздоха? Об обещаниях сделать меня самой счастливой женщиной в мире?
Нет. Не забыла.
Свята я помнила. И даже больше. По-прежнему любила.
Спустя годы, спустя долгое время, моя любовь не превратилась в пепел, не сгорела, ничем не подпитываемая.
Она не превратилась в ненависть, как было с Шамилем.
Она… просто заснула. Притихла, понимая, что в ней больше не нуждаются.
Но никуда не делась.
Я до сих пор не знала, что случилось. Наш последний разговор с Шевченко, произошедший на глазах у Алана и Таси, так и не дал мне никакой информации. Не предоставил никаких ответов. Я понятия не имела, почему Святослав так резко изменил свое отношение ко мне и сорвал свадьбу. Все, что я знала, да и то, по слухам, что почти сразу после нашего разрыва, он уехал в США и больше не возвращался домой.
Кажется, по крайней мере, я так поняла, он начал новую жизнь и с чистого листа.
Я сделала тоже самое.
Без него.
За размышлениями о прошлом и будущем, я быстро доехала до рабочего офиса, даже не заметив пробок, которые обычно сильно раздражали. Опоздала всего на десять минут и как раз придумывала, как оправдаться за них перед начальством, когда вдруг ощутила на себе чужой взгляд.
