Онемев, Шеледон тяжело опустился на угол стола, а Сидра с несчастным видом привалилась к стене.
– И много погибло? – спросила Бетани, пытаясь осознать масштаб катастрофы.
– Все. – Клиссер щелкнул пальцами и сцепил руки, опустив на них подбородок.
– Но ведь… но ведь это все лишь вопрос… – начал было Шеледон.
– Материнские платы сделаны из угля и клея, – мрачно ответил Клиссер. – Джемми просмотрел все коробочки с оставшимися у нас чипами, но их не хватит, чтобы восстановить хотя бы несколько мегов, и система не заработает. Даже часть системы. Она погибла. – Он безнадежно махнул рукой.
Повисло молчание, пока все, находившиеся в комнате, пытались осознать свою потерю.
– Что успели студенты… – начала было Бетани, но осеклась, когда Клиссер почти раздраженно замахал на нее. – Но ведь они успели хоть что-то сделать?
– Что-то, но отнюдь не столько, сколько нам надо, отнюдь не все, что надо было скопировать, лишь малую часть того, что нам необходимо.
– Послушай, Клиссер, – мягко сказала Бетани, – так все же – что мы реально потеряли?
Он резко поднял голову и зло посмотрел на нее.
– Реально? Да все!
Шеледон и Сидра воззрились на Бетани так, словно она спятила.
– Мы потеряли историю, которая, как мы уже видим не имеет ничего общего с нашей нынешней жизнью? – негромко спросила она. – Описания архаических устройств и процедур, которые не нужны на Перне, поскольку мы больше не живем в обществе развитой технологии? Разве ты не собирался от них избавиться, Клиссер? Ты же хотел приспособить обучение к нашим реальным нуждам, чтобы жить на этой планете! Я даже не представляю, сколько гигабайт хранимой информации было бесполезно! Теперь нам не надо волноваться насчет старого. – Она махнула рукой. – Мы можем двигаться вперед и не заниматься переводом бесполезных мелочей. Итак, я снова спрашиваю: что мы реально утратили?
Молчание затянулось, и Шеледон издал резкий смешок.
– А знаете, она, возможно, права! Мы разбивались в лепешку, копируя сведения, которые в любом случае на Перне не пригодятся. Особенно потому, – голос его стал жестче, – что никому на Земле нет до нас дела.
Сидра, моргнув, посмотрела на мужа.
– Ты опять о той капсуле старика Таббермана, отправленной домой?
Шеледон перешел в оборону:
– Ну, мы же знаем из…
– Из записей, – с недоброй усмешкой ответила Сидра, и Шеледон вспыхнул. – Мы знаем, что сообщение было послано без визы адмирала Бендена. А без подписи начальника колонии никто на Земле не обратил бы внимания на это сообщение. Если оно, конечно, дошло До Земли вообще.
– Мог бы кто-нибудь прилететь и хотя бы посмотреть, – сказал Шеледон.
– Ой, да хватит, Шел, – сказала Бетани, которую позабавила внезапная перемена в его настроении, поскольку он всегда высмеивал теорию «капсулы Таббермана». – Перн не так богат, чтобы заинтересовать кого бы то ни было.
– Так говорят драгоценные записи, но мне кажется, это была всего лишь попытка сохранить лицо. Наверное, они просто следили за нами, чтобы посмотреть, как у нас пойдут дела… Они чертовски разбогатели благодаря Шавианским колониям, что и послужило основной причиной Нахийской космической войны.
– Это было более трехсот лет назад, Шел, – сказала своим терпеливым учительским тоном Бетани.
– И совершенно неприменимо к нашим дням, – добавила Сидра. – Да, потеря компьютеров – несомненно, удар для нас, но бороться мы с этим не можем…
– Но информация! – проговорил Клиссер сквозь набежавшие на глаза слезы.
– Клиссер, милый, – наклонилась к нему Бетани, ласково поглаживая его по руке, – у нас все еще остались лучшие в мире компьютеры, – она постучала себя по лбу, – и они просто набиты информацией, ее даже больше, чем нам нужно.
– Но… но мы теперь не будем знать, как сохранять жизненно необходимую информацию! Например, как заранее предсказывать возвращение Алой Звезды.
– Придумаем что-нибудь, – сказала она мягко и успокаивающе, и отчаяние, охватившее Клиссера, стало утихать. Он даже вроде чуть развеселился. Но потом впал в еще более черную депрессию.
– Но мы не оправдали доверия, оказанного нам. Мы не сумели сохранить имеющиеся у нас данные…
– Чушь собачья! – резко сказал Шеледон, ударив кулаком по столу. – Мы заставили компьютеры работать за гранью возможного. Я достаточно много прочел в инструкциях, чтобы это понять. Каждый год, который они проработали сверх положенного им срока, – вообще чудо. И, как сказала Бетани, мы не все потеряли. Старинные штучки вышли из строя, как и многое другое. А теперь нам придется идти не легким путем, который предоставлял нам компьютер, а рыться в книгах. Книги! Их-то у нас горы.
Клиссер моргнул. Он покачал головой, словно отгоняя какую-то мысль.
– Мы все равно хотели отказаться от большинства старых сведений, – ласково сказала Бетани. – Что всего важнее для нас, – она показала на Перн вокруг нее, – мы уже скопировали… ну, большую часть, – поправилась она, когда Клиссер открыл было рот. – Если нам до сих пор это не понадобилось, то и в будущем не понадобится.
– Но мы потеряли сумму знаний всего человечества… – начал было Клиссер.
