Прислушиваясь к утешительным словам песни Бетани, он решил, что на следующей Встрече он поставит вопрос о Чокине, лорде-холдере Битры. С ним что-то надо было делать.
За последним ужином, когда все три группы собрались в зале Форта, где им были приготовлены три бычка, зажаренные целиком, Клиссер снова услышал имя Чокина. Он встал и присоединился к группе людей, обсуждaвшиx лорда-холдера Битры.
– Это еще не все, – говорил М'шалл. Его обычно дружелюбное лицо было сейчас хмурым и злым. – Он поставил на границах стражу, и выпускают людей из холда лишь в том, что на них надето. Больше ничего взять собой не позволяют, даже скот, который они сами вырастили.
Клиссер не знал, что приехал предводитель Бенден-Вейра, но его присутствие было большой удачей.
– Вы о Чокине говорите? – спросил он, когда остальные увидели его и расступились.
М'шалл презрительно рассмеялся:
– Кто же еще может выгонять людей из своих холдов прямо сейчас?
– Я просто слышал об этом от одного из моих странствующих преподавателей, Иссони, он удрал из Битры, и ничто теперь не заставит его вернуться. Но ведь даже их обучать надо.
– Ха! – фыркнул М'шалл, и остальные поддержали его.
– Уроки отрывают битранцев от других дел, лишая их лорда дополнительных марок. А что он сделал с Иссони?
– Он расскажет вам в подробностях, если спросите. Даже обрадуется. Как понимаю, его выручил один из ваших всадников?
– Нам много кого приходится спасать из Битры, – ответил М'шалл. Эта необходимость его явно не радовала. – Но только не битранцев, – добавил он.
– Знаешь ли, – вскипел Бриджли, – я не буду спасать всех беженцев оттуда. И пальцем не пошевелю, когда его холд заполонят Нити!
– А! – сардонически поднял палец М'шалл. – Но ведь он не верит в приход Нитей.
– Ну и дураки же мы будем, если он вдруг окажется прав! – сказал Фарли, один из младших холдеров Форта. – Ой, не надо мне было этого говорить, – добавил он, когда его острота встретила лишь холодные злые взгляды.
– Чокин всегда по натуре был упрямцем, – сказал Клиссер. – Но никогда не был таким откровенным дураком.
– Сейчас он даже больше, чем откровенный дурак, – сказал Бриджли. – Ваш учитель, этот самый Иссони, он нынче здесь? Ну, тогда привезите его в Форт. Надо сделать с Чокином что-то серьезное, а не вести пустые разговоры.
– Прямо сейчас? – Клиссер не мог отвести взгляда от жареных туш, вдыхая соблазнительный аромат.
– Я тоже хочу есть, – смягчился Бриджли.
– Я только что пообедал в Бендене, – ответил М'шалл, но ноздри его подрагивали, вбирая аромат мяса. – Ладно, подождем немного, чтобы вы успели насладиться трапезой.
– Очень вовремя, не так ли? – сказал Фарли, с усмешкой глядя на проголодавшихся гостей. – Так можно ли что-нибудь сделать с этим безответственным лордом-холдером?
– Перечитайте ваш экземпляр Хартии, Фарли, – посоветовал Клиссер.
– И как давно эта пограничная стража, – Поулин замолчал, возмущенный действиями Чокина, – как давно она находится там?
После ужина он собрал у себя в кабинете всех заинтересованных лиц. Вызвали и Иссони, поскольку требовались его показания.
– Насколько мы знаем, уже дней семь, – сказал М'шалл. – Как вы знаете, мы опрашиваем все холды, чобы выяснить, оповещен ли кто-нибудь из людей Чокина об опасности Нитей.
– Ну, они слышали на Встрече, – начал было Поулин.
– Ха! – ответил Бриджли. – Очень мало кто из его людей слышал о Встречах, и еще меньше посещали их.
– Это же просто невообразимо! – покачал голововой Поулин.
– Откровенно говоря, Поулин, я бы сказал, что десятина, которой он обложил своих подданных, – просто репрессивная мера, и ничего больше. Никто из них похоже, и марки-то в глаза не видел, хотя некоторые и привозили свои товары на Встречу в Бендене. Похоже что Чокин вообще не поощряет поездок.
– Даже на Встречи? – продолжал недоумевать Поулин. – Даже этого он не поощряет?
– Нет. Боится, что они смогут сравнить свои условия жизни с тем, что увидят в других холдах. И он не любит, когда битранские марки покидают границы его холда.
– И накладывает лапу на каждую монету, которую азартные игроки оставляют за его игорными столами, – сказал М'шалл.
– Вынужден признаться, я не знал, насколько он прижимист, – сказал Поулин очень задумчивым тоном.
– А откуда бы вам знать? – ответил Бриджли. – Вы живете на Западном побережье. А мы знаем – потому что иногда видим битранцев на Встречах Восточного побережья. Его игроки на каждом собрании торчат…
– Хм, прямо-таки вездесущ, – прошептал Поулин. – Итак, если ему все-таки пришлось закрыть границы, так, может, некоторые из его холдеров узнали о Нитях и запаниковали?
– Похоже, – мрачно скривился Бриджли. – И когда им хватило духу пойти к нему, он вышвырнул их и холда. Я видел рубцы от плетей, так что могу сказать, что они не лгут. Они сказали, что никогда не видели его в таком гневе. Он заявил, что всадники хотят выбить и него дополнительный налог, распуская слухи о том, что якобы начнут падать Нити. Он также ругался насчет новой шахты, заложенной в Руате, в то время как добрым битранцам разрешено работать только в долине Стенг.
