Она пронзила Киндана суровым взглядом, и он кивнул, будто знал, что она имеет в виду.
— У вас есть овес?
Киндан кивнул и искоса взглянул на Наталона, убеждаясь, что он тоже слушает Ализу.
— В таком случае, договорись с мясниками своего кемпа, чтобы они собирали для тебя свежую кровь от любой убоины. Вари из овса не очень жидкую кашу на воде и добавляй кровь, когда овес как следует набухнет в горшке. Я сказала бы, что полведра в день будет достаточно. Если ты будешь держать кровь на холоде, то ведра тебе хватит на два дня, а уж на день точно. В большинстве кемпов скотину забивают через день. Корми малыша столько раз, сколько он будет просить есть, и давай ему потроха и легкие, которые всё равно обычно выбрасывают. Не давай мясо до трех месяцев, пока у него не вырастут коренные зубы, тогда он сможет жевать. Можешь продолжать давать по утрам овсянку до тех пор, пока у малыша не начнет твердеть шкура.
Киндан кивнул и рассыпался в благодарностях и заверениях, что этого стража порога будут кормить так, как еще не кормили ни одного из его сородичей. Ализа несколько секунд слушала его невнятные обещания, потом отвернулась и отошла к вновь прибывшим.
— Молодец, Киндан, — сказал Зист, хлопнув его по плечу. — Просто молодец. Какую же технику убеждения ты использовал?
— Наверняка что-то такое, чему он научился у тебя, Зист, — насмешливо бросил М'тал. — Ну, как бы там ни было, ты, Киндан, действительно молодец. Давай-ка теперь доставим нашу молодежь домой, а там можно и отпраздновать успех.
— Только, пожалуйста, вовремя, — сказал Зист, игриво поклонившись всаднику.
— Нет ничего проще, — ответил М'тал. — Ну, молодой человек, становись на колено Гаминт'а и держись за пристяжной ремень, а я придам тебе небольшое вертикальное ускорение.
Крепко придерживая одной рукой сумку с драгоценным яйцом, Киндан взобрался на спину дракона и со вздохом облегчения устроился между двумя выступами гребня. Усевшись, он взглянул на вход в логовище — как раз вовремя, чтобы увидеть, как оттуда на четвереньках поспешно выбирается взрослый мужчина, которого будто бы подгоняет кто-то сильный и недовольный. Услышав замечание Зиста о некоторых людях, не желающих понимать, что пришли некстати, мальчик не удержался от смеха.
— Похоже, не знал, как полагается вежливо разговаривать с королевой, — прокомментировал М'тал. — Я горжусь тобой, мальчик. И рад, что мне удалось тебе немного помочь.
— Это только начало, — заметил Наталон. — Тебе придется здорово потрудиться, парень!
— Сэр, — сказал Киндан, оборачиваясь к сидевшему позади него Наталону, — вы прикажете Име (Има был мясником и главным охотником кемпа), чтобы он давал мне кровь, сколько будет нужно? И еще Свани, чтобы он давал овес?
— Конечно, конечно, — оживленно ответил Наталон. — И еще выдам тебе большую кастрюлю, в которой ты сможешь варить овсянку для стража порога. Я сомневаюсь, что у тебя найдется подходящая посуда, так ведь?
Горняк, похоже, чувствовал себя немного неловко из-за того, что мальчику пришлось покинуть собственный дом, где имелся большой набор самой разнообразной посуды.
— А у меня найдутся травяные свечи, которые позволят избавиться от зловония твоей стряпни, — сказал Зист, скорчив гримасу, словно отлично знал, чем пахнет каша с добавкой крови. — И ты должен обещать мне, что овсянка не будет пригорать.
— Да, да, конечно, — поспешно заверил Киндан и сел прямее, как и все остальные: М'тал предупредил, что они сейчас войдут в Промежуток.
По возвращении в кемп Киндану показалось, что они уехали только что. Поездка заняла несколько часов, но окружающий вид почти не изменился; первые вагонетки, полные черного камня, еще не добрались до верхней точки рельсового пути, где их переворачивали, и их содержимое высыпалось в огромную кучу — хранилище добытого угля. Мальчик лишь покачал головой, а дракон осторожно опустился на землю около пустого сарая — жилья стража порога.
Как только дракон коснулся земли, Наталон принялся выкрикивать распоряжения. От входа в шахту сломя голову примчался Тарик.
Наталон знаком приказал Киндану спускаться первым.
— Помоги ему, Тарик, — скомандовал он.
— Вы что же, добыли яйцо? — спросил Тарик, хотя не мог не понять этого с первого же взгляда на тяжелую сумку, висевшую на плече Киндана.
