Заря над Араксом полностью

Вакуумные электромагнитные орудия хлестнули по поверхности древней станции короткими отрывистыми очередями — наведением артиллерийских комплексов управлял компьютер, но, несмотря на точность попаданий, эффект был скорее отрицательным: тяжелые снаряды не только поражали цели, они взламывали обшивку, поднимая в космос тонны обломков. С тем же успехом зону основных событий можно было накрыть бронированным «колпаком» — взметнувшиеся над поверхностью фрагменты бронеплит не только приняли на себя повторный залп орудийных установок, они экранировали систему связи и частично блокировали работу сканеров.

— За «идиота» ответишь, капитан… — прохрипел коммуникатор.

— Отвечу. — Шелест переключился на частоту своей группы, оставив координатора переваривать последствия применения неадекватного ситуации вооружения — бить по целям следовало из лазерных установок, а не молотить по станции всей дурью артиллерийских комплексов. — На связи первый. Осмотреться и доложить.

Выслушав данные обстановки. Рауль отдал приказ:

— Работают только снайперы. Бить исключительно на поражение, после выстрела обязательная мгновенная, — он подчеркнул это слово, — смена позиции. Следить, чтобы не было повторяемости действий. Машины не прощают предсказуемости. Остальным — фиксировать перемещения противника, доклад наблюдателей каждую минуту. Связь может резко ухудшаться по мере распространения поля обломков. Используйте импланты. С борта сейчас вышлют эвакуационный модуль, но он сможет сблизиться со станцией в двух—трех километрах отсюда. Как только с ним наладится связь — отходить без промедления.

— А ты, командир? — выразил общую обеспокоенность лейтенант Земцов.

— Я в автономном режиме. Передайте майору Олсби — пусть посадит индивидуальную капсулу вне границы поля обломков и ждет двадцать четыре часа. Это приказ. Все, прения закрыты, работаем.

Рауль понимал — он упустил нечто важное в стремительном развитии событий.

С самого начала заурядная на первый взгляд операция по зачистке пошла вразрез с отработанными ранее сценариями.

Понятно, негативную роль тут сыграло первое, краткосрочное появление его группы в районе предполагаемых действий — из-за полученного сигнала бедствия, вынудившего свернуть операцию, они лишь засветили себя, привлекая повышенное внимание кибермеханизмов к месту аварийной посадки «Нибелунга».

Нет, — рассуждал Шелест, осторожно пробираясь вдоль борта злополучного транспортного корабля, — ни один сценарий тут не подходит. Наличие баррикады прямо указывает: данный район в недалеком прошлом являлся зоной длительного активного противостояния.

Следовало признать: коллективные действия « LDL-55» не укладывались в рамки поведения, определенного для остаточных, разрозненных, утративших часть функциональности сервомеханизмов, — по всем признакам выходило, что спустя тысячу лет после окончания войны его отряд столкнулся с полнокровным боевым соединением, не только пережившим века забвения, но приобретшим за этот период определенный боевой опыт.

Эти мысли стали основным мотивом принятия решения о режиме автономного поиска. Втягивать вслед за собой группы прикрытия под низкий «небосвод», состоящий из сталкивающихся на высоте тридцати-сорока метров массивных обломков, он не стал бы и по прямому приказу с базового корабля. Пусть бойцы отработают по целям с предельной дистанции и отходят. Он же собирался повторить попытку проникновения на борт «Нибелунга».

Размышляя таким образом, Рауль перемешался вдоль корпуса транспортного корабля к его носовой части. Во-первых, этим маневром он оставлял между собой и прорвавшимися на поверхность станции « LDL-55» труднопроходимый участок, состоящий в основном из взломанных при крушении «Нибелунга» бронеплит, во-вторых, Шелест приближался к баррикаде — среди составляющих ее элементов было много решетчатых каркасных конструкций, не проходимых для лазерных ботов, но идеально подходящих для скрытного перемещения человека, экипированного в боевой скафандр.

Волны вздыбленных давним ударом секций обшивки постепенно сглаживались: он приближался к носовой части древнего транспорта, одновременно выходя к плавно загибающейся баррикаде. Еще метров пятьдесят, и можно будет остановиться, выбрать точку наблюдения для уточнения обстановки.

— «Борт 2057» вызывает первого, повторяю: «Борт 2057» вызывает…

Монотонный автоматический вызов, несмотря на приглушенную громкость аудиосистемы, лишь добавлял напряжения в нервозную обстановку, царящую в тактическом отсеке малого крейсера.

— Заткните этого говоруна! — не выдержав, рявкнул майор Олсби. — Переключите на световую индикацию.

Связь с Раулем потеряна. Жив ли он — неизвестно. Сканеры вязнут в поле обломков, уже распространившемся над площадью в два десятка квадратных километров.

— Что, Земцов? Восстановили канал обмена данными?