«Абсолютно!», – пожал плечами Борзых.
Березовский сразу сник, и закрыл лицо ладонями. Поблагодарив Карпа Савельевича, Немчинов отпустил его.
«Ну, что вы теперь скажете?», – скрестив руки на груди, поинтересовался Василий Иванович.
«Я не убивал Веру! Не убивал! Не убивал!», – истерически закричал Березовский.
«Гражданин Березовский, вы задержаны по подозрению в убийстве Веры Николаевны Степановой», – нахмурившись, сообщил Василий Иванович.
«Уведите!», – приказал он оперативникам.
«Я невиновен! Не виновен!», – истерически кричал Алексей, когда на него надевали наручники и уводили.
«Неужели это он убил Веру из ревности? Но кто тогда убил Власова», – удивлённо спросил Павел.
«Да, нет, Паша, не думаю! Ни Веру, ни Власова он не убивал. Я это нутром чувствую! Не такой у него характер. Убийца человек хладнокровный, жестокий и умный, осторожный, прекрасно стреляет. Он не стал бы следить за девушкой на виду у собачатников. Я думаю, что Березовский что-то знает, но молчит. Пусть для его же блага посидит в изоляторе, пока мы не поймаем настоящего убийцу!», – заключил Немчинов.
«Да, кстати, Марина Патрикеева, коллега Веры Степановой, сообщила мне, что хочет рассказать что-то о Вере.
«Вот как! А это интересно!», – потирая руки, произнёс Немчинов.
В его глазах зажёгся огонёк азарта.
«Да, мы встречаемся сегодня вечером в семь, в кафе «У Сильвера»», – сообщил Павел.
«А она симпатичная? Замужем? Присмотрись к девушке. А то что-то ты, Паша, долго в холостяках ходишь! Непорядок! Одному плохо. У каждого человека должна быть своя вторая половинка», – заявил Василий Иванович.
«Вы, Василий Иванович, прямо как моя соседка, баба Маня! Та всё переживает, что я холостой. Всё сосватать мне кого-нибудь хочет», – покраснев, ответил Павел.
«Ну, ладно, ладно! А девушка-то, судя по всему, симпатичная, даже очень! Смотри, как покраснел!», – рассмеялся Немчинов, чем окончательно смутил Старикова.
«Ты вот что Паша! Как поговоришь с Мариной, сразу отзвонишься. Сдаётся мне, что она сообщит тебе действительно что-то важное», – уже серьёзно сказал Немчинов.
В это время вновь раздался телефонный звонок.
Василий Иванович взял трубку. Он молча слушал говорившего, и его лицо
68
всё больше мрачнело. Затем коротко бросил: «Едем!», – и положил трубку.
«У нас ЧП. Похоже, пожар в квартире Веры Степановой!», – сообщил он Старикову.
«Ребята, которые были в засаде, не пострадали?», – помертвев, спросил Павел.
«Пока ничего не знаю! Дежурный сообщил о пожаре. Подробностей не было!», – мрачно ответил Василий Иванович. Вскоре они уже мчались в машине по направлению к дому Веры.
Остаток ночи Патрик не сомкнул глаз, лёжа на своей постели. Теперь ему были понятны слова Ричарда. Он прямой наследник рода де Комбс. Очевидно, от кого-то он узнал историю своего рождения, и долгие годы вынашивал план мести.
«Боже, это какой злобой надо пылать, чтобы погубить столько невинных людей! Убить свою двоюродную сестру! И всё ради мести! Душа его будет вечно гореть в гиене огненной!», – перекрестившись, подумал Патрик.
Машинально мальчик засунул руку в потайной карман куртки. Пальцы его обожгло колючим холодом.
«Нет, с этим камнем точно что-то нечисто!», – подумал мальчик, вновь сотворив крестное знамение.
Лишь только начало светать, как в комнату Патрика постучали. Это была Меридит.
«Собирайся, да побыстрее, сэр Роберт ждёт тебя!», – приказала она мальчику.
Патрику не надо было повторять дважды. Быстро умывшись, и одевшись, он поспешил вслед за служанкой.
У входа в покои сэра Роберта их встретил мажордом синьор Риккардо.
«Сэр Роберт сегодня проснулся ни свет, ни заря, если вообще спал! Я осторожно доложил ему о тебе, Патрик. Он тотчас потребовал привести тебя к себе! Вот что, юноша! Будь учтив. Говори только тогда, когда тебя спросят. И помни, что у сэра Роберта большое горе. Постарайся не огорчать его!», – подняв палец, назидательно произнёс он.
«Конечно, синьор Риккардо!», – кивнул мальчик.
Покои сэра Роберта были просторными, с большими окнами. Однако обстановка была достаточно скромной для такого богатого человека. Узкая деревянная кровать. Добротный дубовый стол, два стула, вот
собственно и всё.
Особенно Патрика удивил шкаф с книгами. Увы, но для благородных рыцарей книги были скорее исключением, чем правилом. Они не утруждали себя чтением. Однако, видимо, сэр Роберт был не таким.
69
Сам он сидел за столом, задумавшись. На столе стоял серебряный подсвечник с зажжёнными свечами, которые освещали лицо хозяина замка.
Патрика поразило его трагическое выражение. Казалось, каждая частичка лица сэра Роберта источала скорбь. Глубокие складки пролегли на лбу, и в уголках рта. Он отрешённо смотрел на огонёк свечи.
«Сэр Роберт, я привёл мальчика, его зовут Патрик!», – деликатно кашлянув, и поклонившись, произнёс синьор Риккардо. Патрик последовал его примеру, и тоже склонил голову.
