— Теперь я понял, — продолжил Главный, — откуда у вас такая непримиримая неприязнь к аргонавтам-матросам. Да, сочувствую. Ну, короче, Посейдоша, ты крепись и того… не гони волну. Лица вышестоящих начальников перекашиваются от злости, если не они, а кто-то другой создаёт «мутную воду». Даёшь полный штиль! Кстати, в безветренную погоду аргонавтам придётся браться за вёсла и потеть, потеть… Ты уже догадался, что это значит?
— Не знаю. Я не потею.
— Всё просто — море будет чище.
— Ладно, тогда дам полный штиль.
— Будь так любезен, постарайся. Садись, Посейдоша, отдохни. У тебя впереди столько забот! Вынянчить косяк летучих рыб — это не шутка… А вы что улыбаетесь, господин Наливайко-Бахус? К вам тоже есть претензии.
— Ко мне? — искренне удивился тот.
— Да, к вам! И не нужно делать недоумённое лицо! Встаньте! Все видят этого крупномасштабного вредителя?
— Кого? — опять удивился Наливайко.
— Того! Зачем вы приучаете древних балканских воинов разбавлять вино водой? Это что за вредительство такое? Это ведь выброшенные на ветер деньги! Вы что, Бахус, не русский? Какая может быть в вине вода? Это ведь ужасно, что после обильного застолья все овеянные боевой славой герои Древней Эллады остаются при памяти и спокойно расходятся по домам! И никакого мордобоя, никаких разбитых китайских сервизов династии Ся, сломанных стульев и перевёрнутых столов! Неужели у вас не было бесшабашной юности?
— Бесшабашной не было. Была шабашная.
— Одно другого стоит. Вы смотрели в молодости вестерны про бесшабашных жителей Дикого Запада?
— Это где ковбои и мордобои? Смотрел. Интересно.
— Тогда в чём дело? Зачем тогда предлагаете героям пить конкретно слабоградусную жижицу? В чём изюминка?
— Язвы желудка не будет.
— Вы что, Бахус, главный врач Афин? На то он и алкоголь, чтобы толкать мужиков на подвиги. Теперь я понял, почему герои частенько прячутся в акрополях гаражного типа: их души желают градусов, но не воды!
— А я думаю, что бойцы вспоминают минувшие дни…
— Ошибаетесь! Что вспоминать-то? Пока не разрушены ни Троя, ни Карфаген, ни Пальмира. В Петре торговля идёт полным ходом. И вообще, Петра в данный момент — цветущий оазис, а нужно, чтобы был могильник. Значит, в поте лица своего необходимо творить реальные кровавые события! Долго, упорно и под градусом! Иначе, какая у нас получится история древнего мира? Тоскливая, даже нудная. Молодым школярам обломно будет читать эту дребедень! Короче, Бахус, никакой воды! Я требую, чтобы, выпив под вашим руководством по литру ядрёного вина и закусив квашеной капустой, древнегреческие герои шли биться с филистимлянами.
— Филистимлян уже нет. Теперь другие времена…
— Кто упорно ищет под градусом, тот всегда найдёт! Понятно?
— С этим я согласен.
— Далее! Чтобы, выпив ещё и закусив маринованными огурчиками — корнишонами, герои шли разрушать Трою, невзирая на то, что этот город является достоянием всего человечества. Повторяю: нужно заботиться об интересной кровавой древней истории! Понятно?
— Да.
— Хорошо. Кстати, где ваша жена Либера?
— Ушла…
— Куда она ушла в такой ответственный день? Собираемся один раз в полгода. Неужели ей сложно припудриться… и так далее?
— Припудриться и так далее ей всегда сложно: она то и дело уходит в прострацию.
— Вот оно что! У Либеры вечное брожение ума. Отучайте её от этих «простраций». Она знает, что такое цирроз печени?
— Вряд ли.
— Так объясните! Если вы нацелились на должность министра здравоохранения Балканского полуострова, значит, должны кумекать, к чему может привести длительное неприятие действительности.
— Я не нацелился. И не кумекаю. И когда объяснять? Каждое утро она начинает говорить, что видела во сне формулу спирта и пытается её вспомнить и записать до тех пор, пока не впадает в очередную прострацию.
— Ага! Вот так, значит! Понятно. Не допускайте её в разливочный цех, Бахус, потому что именно там находится возбудитель простраций. И не забывайте, что ликёрный завод вверен вам на ограниченное время. Не пытайтесь гнать самопальный спирт. О постройке дорогостоящей проточно-спиральной паро-дрожжевой линии пока не может быть речи. У нас проблемы с финансами. Короче, Бахус, не гоните!
— Я и не гоню.
— Вот это правильно! Запасы жемчуга у нас закончились, а генеральному подрядчику — Посейдону, сами понимаете, пока не до того…
— Вижу, слышу, понимаю, сочувствую.
— Уже хорошо. Ладно, садитесь.
Главный пробежал взглядом по залу.
— Так! Кто ещё нуждается в ушате ледяной воды? Да уж, на кого ни глянь, каждый буквально кладезь пороков! Упустил я ситуацию, растянув медовый месяц на три с половиной года. Ну, ничего, ничего! Были бы гвозди, молоток всегда найдётся. И не нужно строить мне глазки, госпожи Серая, Серенькая и Сиреневая. Засиренились вы конкретно. Крайне необходимо поговорить о качестве вашего времяпрепровождения.
— Да! — оживились три женщины. — Согласны! Вы такой представительный мужчина, весь в регалиях и орденах… Мы просто обязаны дать вам адрес…
— Я знаю, на каком острове вы вывесили на всеобщее обозрение самодельный красный фонарь!
