— Вот как? Ничего, они окончательно решат этот вопрос тогда, когда мы проведем «бум». Ну, что же, Диринг, дела идут неплохо, не так ли?
— Да, кажется, но…
— Вы огорчены чем-то?
— Огорчен? Пожалуй, нет. Вот только, порой становится страшновато при мысли о том, как все это может обернуться.
— Вспоминайте почаще наш старый девиз, Юджин, — нужно иметь чувство меры, чувство юмора и немножечко удачи!
— Все это так, Майкл, но чертовски не хотелось бы попадать в руки закона.
— Закона? Монтескье по этому поводу очень хорошо сказал: закон это паутина, сквозь которую пробиваются большие мухи и в которой гибнут маленькие. Наша основная задача сейчас — укрепить положение «Новой бериллиевой». Уже многие начинают понимать, что здесь пахнет такими сверхприбылями, которых еще не видело ни одно предприятие мира. Уже сейчас многие подумывают о том, как бы своевременно подобраться к сейфам «Новой бериллиевой» и запастись акциями до того, пока они не поднялись баснословно высоко. И это теперь, когда еще никто не знает об истинной цели «бума», когда еще не все верят в него. Поверьте, Юджин, после того, как люди на себе почувствуют излучение этого года, заправилы Уолл-стрита запляшут под нашу дудку. Я говорил вам это еще в Майами.
— Может быть, вы и правы, Майкл. Должен сообщить вам приятную новость — старый Тайсон на днях будет здесь, у нас.
— Да что вы говорите!
— Он уже чует, что прозевал ультраприбыльное дельце и, кажется, будет стараться наверстать упущенное.
— Приятная новость, старина! Это первая ласточка. За ним потянутся остальные.
— Что вы намерены делать сейчас, Майкл?
— Я думаю, надо сейчас же отправиться в Вестчестерские лаборатории. Мне не совсем нравятся дела там. Кранге хандрит последнее время. Они беспрерывно грызутся с Крайнгольцем. Беспокоит меня больше всего Крайнгольц. Если он сопоставит…
Эверс помолчал немного, вспомнив, что пропала серая книжка, и продолжал с волнением:
— …если он даст себе труд поразмыслить кое над чем, этот уж слишком принципиальный радиофизик сможет догадаться, а тогда он станет главным и очень опасным врагом компании. Итак, Юджин, если вы не возражаете, я бы хотел, чтобы мы вместе завтра же выехали в Вестчестерские лаборатории. Вам только необходимо проинструктировать как следует Мэтью Гойлета, как ему вести себя на бирже, и мы можем отправляться.
— А как же приезд Томаса Тайсона?
— Мы его примем в Вестчестере. Он деловой человек, и ему будет импонировать, что мы на месте введем его в курс дела.
Машина мчалась по шоссе над берегом Гудзона, Эверс и Диринг ехали в Вестчестерские лаборатории. Диринг был в отличном настроении и, рассматривая расставленные по обочинам шоссе ярко пестреющие рекламы, подтрунивал над Эверсом:
— Послушайте, Майкл, сколько вы сдираете с торгашей «Ароматом Вселенной»? Ведь только благодаря вашей идее они делают недурной бизнес на всех этих космических штучках.
— Отстаньте, Юджин. Мне сейчас, право, не до них.
— А, так вот в чем дело, вы не хотите поделиться прибылями со своим компаньоном! — не унимался развеселившийся Диринг. — Хорошенькое начало, нечего сказать! Эверс, вы уже продумали, когда именно прирежете меня бритвой, чтобы не делить со мной лавры «Бериллиевой»?
— Вы, как я вижу, сегодня что-то в слишком веселом настроении, Диринг.
— Смотрите, смотрите! Это ново: «Пейте ликер „Космический“!!» А как вы думаете, Майкл, выпуск подтяжек или, скажем, бюстгальтеров можно рекламировать под каким-нибудь космическим соусом?
— Можно, — буркнул Эверс.
— Э, да вы, кажется, и в самом деле чем-то озабочены. Что вас ввергло в такое уныние?
— Два обстоятельства, Юджин. Мой промах с Крайнгольцем и наши отношения с Тайсоном. Мы в руках этих людей, и каждый из них может, если захочет, погубить нас и наше дело. Я ничего не мог придумать, как обработать этого Крайнгольца. После выступления Кларка ему может стать понятно многое, и теперь он сможет выступить с разоблачением предсказания.
Диринг стал серьезен и с дрожью вспомнил свой вчерашний разговор с Эверсом, касавшийся Монтескье, мух и законов.
— Вы считаете, что, помимо Крайнгольца, и Тайсон может заявить кое-что миру. Не так ли?
— Нет. У Тайсона нет оснований утверждать, что мой доклад в «Бизнес Хилл» имеет какое-нибудь отношение к предсказанию достопочтенного Кларка. Кроме того, Тайсон гораздо лучше, чем Крайнгольц, разбирается в том, что такое свободная конкуренция в условиях частной инициативы.
— Это все так, но остается суметь заставить Тайсона проникнуться уважением к той «частной инициативе», которая проявлена при создании «Бериллиевой», и к тому же устроить все таким образом, чтобы он, упаси боже, не вздумал воспользоваться своим правом свободно конкурировать с нами.
Диринг, как уже упоминалось, был военным и умел очень быстро из беззаботного весельчака превращаться в делового человека. Он принялся серьезно обсуждать создавшееся положение.
Они еще не закончили разговора, когда машина вошла в расположение Вестчестерских лабораторий и Диринг резко затормозил у подъезда.
