Ориентировка наших офицеров в отношении характера предстоящего боя исходила из общей задачи плана прикры тия “прикрыть государственную границу”. Сущность вытекающего из этой задачи тактического маневра сводилась к тому, что надо было быстро собраться и двигаться как можно скорее вперед, к границе, не имея данных ни о против нике, ни о своем походном порядке. Предполагалось, что “там, на границе” будет дано время, чтобы окончательно пригото виться к бою». (с. 36–37)
Исаев:
«Если мы сравним эти тезисы с вышеописанным процессом вступления в войну Российской империи в 1914 году, нам легко понять, о каких 15–20 днях «от начала военных действий до вступления в дело основных войск страны» идет речь. Официальное объявление войны или же объявление мобилизации произошло в первые дни августа, а «вступление в дело основных войск страны» состоялось только во второй половине августа 1914 года».
Как видите, налицо либо некомпетентность наших стратегов в ГШ, либо – осознанная измена – с целью подставить свою армию под разгром в случае нападения Германии. Чего Исаев предполагать не рискнул в 2005 году в этой статье…
Далее Исаев пишет, что только за неделю до нападения, после молчания Гитлера на «Сообщение ТАСС» от 13–14 июня и начался вывод войск в сторону границы…
«Политическое решение объявлять мобилизацию советским руководством принято не было. Только после провала последнего дипломатического демарша – сообщения ТАСС от 14 июня 1941 года – была начата переброска войск внутренних округов на рубеж Западной Двины и Днепра и выдвижение «глубинных корпусов» приграничных округов ближе к границе.
За счет массированной кампании дезинформации, а затем многозначительного молчания, руководству Германии удалось оттянуть начало перевозок советских войск из внутренних округов до последней предвоенной недели».
Увы, это Исаев повторяет неизменно и сегодня, с упрямством, достойным лучшего применения. Даже в вышедшей в марте 2015 года, к 70-летию Победы, книге «22 июня – 9 мая» (М. 2015 г.) Исаев опять повторяет эти глупости – мол, только после того как Гитлер не «ответил» на «Сообщение ТАСС» от 13–14 июня, Сталин разрешил-таки начать вывод вторых эшелонов приграничных округов.
Но это полная ерунда, и известные на сегодня факты говорят, что вывод войск и фактическая частичная мобилизация в СССР начались задолго до 14 июня. Ведь на те «учебные сборы» мая-июня 41-го, на которые привлекли в итоге под 800 тысяч приписных, призывались из народного хозяйства и автомобили и лошади и т. п….
Также «сегодня» Исаев высказывается примерно так о причинах наших поражений в лето 41-го – произошло «Упреждение в мобилизации и развертывании». Но это не совсем верное и грамотное «объяснение». Которое только запутывает читателя, а «резунам» дает возможность повопить, что РККА собиралась напасть первой, но немцы, упредив ее в развертывании и отмобилизовании, напали превентивно! В ответ на подготовку агрессии Сталина-СССР.
Такое ощущение по такой формулировке, что немцы начали буквально на несколько дней раньше нас отмобилизовываться и разворачиваться… А разве немцы начали мобилизовываться не за год примерно до июня 41-го, и «развертываться»? Т. е. – формулировка в общем неказистая. РККА не могла никоим образом «упредить» немцев в отмобилизовании и развертывании.
