Слева что-то вспыхнуло нестерпимо, я, плохо соображая, повернул правее. И снова махал клинком, метя в шеи, перерубая лапы, взрезая грудины. И вдруг увидел перед собой лошадиную морду. В последний миг увернулся от копья и отвёл свой клинок. Заорал «свои!», и всё поплыло перед глазами.
Очнулся я резко. Без долгой раскачки. Бац, и включили свет. Я быстро сел и осмотрелся. Вокруг лагерь. Рядом со мной стоят Эльза, Яг, Гайоген, Рузер и надеждинский герцог Тит Захир.
– Напугал ты нас, твоё карательство, – осуждающе произнёс мой ординарец.
– А где изменённые? – спросил я.
– Перебили почти всех, – пробасил Захир, – Оставшиеся разбежались.
– Много осталось? – хрипло уточнил я.
– Да с полтысячи максимум, Серж, – улыбнулся Гайоген, – Изменённые не любят отступать. Мы вообще первый раз видели, чтобы они убегать начали.
– Это точно! – кивнул Тит, – Но мне это зрелище, признаюсь, очень понравилось!
– А наши потери? – я попытался встать, но Эльза тут же усадила меня обратно.
– Сиди уже, полководец, хренов! – раздражённо заговорила она, – Это ж надо додуматься? Командующий армии скачет в первой шеренге!
Принцесса сокрушённо покачала головой и отвернулась.
– Что по потерям? – ещё раз спросил я у Яга.
– Тридцать пять тысяч, Серж, – откашлявшись, доложил Яг. Увидел, как я поморщился, и закончил твёрдо: – Это лучший показатель! Их было изначально пятьдесят тысяч, если помнишь!
Гайоген осторожно тронул меня за плечо:
– Серж, такого соотношения не было никогда! Поверь мне! Правда, ситуацию спасли гномы, да и конная атака притормозила прорыв. А потом уже засадный полк ударил. И лепры подоспели. Но это невероятно! Лучший расклад был один к трём в пользу изменённых!
– Да я понимаю, кивнул я. Но к нам движутся ещё две армии! И если за людей я не волнуюсь…
– Уже одна, – Эльза хихикнула. – У армии людей то ли соглядатаи были, то ли ещё они как-то узнали о разгроме изменённых. Но… они вдруг быстро распались на несколько корпусов, и ушли в разных направлениях.
– Это сколько же я провалялся? – удивился я, – И кто разговаривал с элементалами?
– Валялись вы четыре дня, вашество, – встрял в разговор Рузер. – А с элементалами её высочество общалась.
– А муравьи гигантские как далеко? – спросил я принцессу.
– Днях в двух пути, – пожала плечами Эльза, – Я распорядилась трупы закопать, минные поля восстановить. Сейчас маги напитывают силой гранаты. Потому как потрачен был почти весь запас.
– А сколько вообще у нас осталось народу?
– Почти сто пять тысяч,– тоном прилежного ученика начал докладывать Яг, – Лепров – пятнадцать тысяч. Гномов – всего пятьсот осталось. Легионеров – девятнадцать тысяч. Надеждинцев – семьдесят тысяч.
– Рузер, тащи кофе и трубку! – распорядился я, – Чапай думать будет!
– Кто будет думать? – с подозрением спросил Гайоген.
– Тот, кто умеет! – отрезал я, – Среди всех вас даже пальцем показывать не буду, кто это. Потому как в себя пальцем не тычут!
Эльза пфыкнула. Тит Захар хохотнул весело. И даже Гайоген хрюкнул.
– Он у вас всегда такой скромный? – спросил надеждинский герцог.
– Да что вы, ваша светлость? – Яголь ухмыльнулся зловредно: – Сейчас он после обморока действительно скромный. Чаще он такое несёт, что даже императрица краснеет!
Я нахмурился было, но Рузер ткнул мне в одну руку чашку с кофе, а в другую трубку. Потому я махнул рукой с трубкой, затянулся и хлебнул горячий напиток:
– Ладно, можете пока шутить. Но история нас рассудит!
В избе, где находился наш штаб, под потолком ярко горел магический светильник. Вокруг стола сидели на табуретах Тит Захир, Яг, Арон Шеридан, Эльза и Торре Милтон. Курт Кретон с Максом с отрядами фуражиров умчали на поиск и добычу продовольствия для нашей уменьшившейся, но всё ещё очень боеспособной армии. Шеридан-старший с небольшим отрядом отправился в порт встречать очередные двадцать пять тысяч легионеров с материка. А мы расположились под огромным городом Арков, столицей местного то ли королевства, то ли княжества. Потому как называли это королевством, но на троне сидел князь Гир Верос. И если предыдущие два королевства-княжества быстро сдались и признали власть императрицы, то этот гражданин- князь разговаривать с нами отказался наотрез. Да ещё и парламентёров убил, а головы их выставил на шестах на главных воротах Аркова. Такое хамство прощать нельзя. И мы решили славный город Арков предать огню и мечу. Чтобы впредь неповадно было мразям покушаться на святое.
