– Прости, я немного запуталась, но для меня все это совершенно внове.
– У меня есть предположение, – говорит Джина и подходит ближе. – Ангела хочет быть уверенной на сто процентов, что брата Ясмины посадят. Вот почему она его защищает. Это единственное разумное объяснение, которое я могу придумать, потому что, как я уже сказала, Ангела и Ясмина нравились друг другу, они все время вместе пили кофе после собраний.
Эбба смотрит на толпу, пытаясь связать воедино полученную информацию, но слова Джинны носятся в ее мозгу туда-сюда, мельтешат, как люди перед глазами.
– Зачем Ангеле топить Николаса? – спрашивает она.
– Потому что они с Ясминой были подругами. Разве ты не понимаешь? Она хочет быть уверенной, что убийца Ясмины сядет.
Эбба кивает, хотя совершенно не понимает, о чем говорит Джина. В каком-то смысле это звучит логично, но в то же время не очень. Адвокат всегда хочет, чтобы его клиенты были оправданы, а не осуждены. Кроме того, Ангела наняла ее только для того, чтобы выиграть дело, дала ей информацию о сталкере, который преследовал Ясмину, мужчине, который, возможно, убил ее.
– Значит, Ясмина никогда ничего не говорила об этом сталкере? – спрашивает она. – Например, что он стоял у нее во дворе, заглядывая ей в окно.
– Нет, я же сказала.
– Хорошо. А она упоминала, что ей гадала женщина, которая сказала, что либо она, либо ее брат умрут до того, как им исполнится тридцать?
На лбу Джины пролегает складка.
– Нет, я бы такое запомнила. Черт, как жутко!
– Значит, ты не знаешь? Ясмина никогда не говорила об этом в группе?
– Я же говорю, что никогда не слышала о гадалках. Слушай, мне нужно идти, но обещай, что вы упрячете в тюрьму ее психа-брата, этого проклятого убийцу. Ясмина такого не заслужила.
Эбба хватает Джину за руку:
– Подожди. В таком случае ты должна мне помочь. Что ты знаешь о Ясмине? Почему она была членом группы?
Джина крепко сжимает накрашенные губы, кажется, она пытается договориться со своей совестью.
– Ты найдешь причину в ее семье, – говорит она через некоторое время. – Я не собираюсь говорить больше, это было бы предательством по отношению к группе. – А что тогда с Ангелой? Ты имеешь в виду, что она была там, потому что также подверглась сексуализированному насилию, или она выступала в качестве эксперта?
– Она была там на тех же условиях, что и все мы… – Джина поднимает брови и вскидывает руку в знак согласия: – Хорошо. Поскольку Ангела – чертова предательница, я кое о чем расскажу. В Сети есть старая газетная статья, которую я нашла после того, как Ангела рассказала кое о чем совершенно чудовищном. И поэтому это вроде бы и не секрет… – Она качает головой. – Ангела рассказала, что ее дедушка по материнской линии имел обыкновение… Ну, ты можешь додумать дальше сама, но в статье говорится, что мать Ангелы отрезала ему член секатором… или как там эта штука называется… и вскоре после этого она повесилась в тюрьме. Но, честно говоря, я не уверена, что его действительно искалечила ее мать.
Эбба смотрит на Джину и не знает, что ей думать.
– Как мне найти статью?
– Ищи по имени «Ванесса Кёлер», это мать Ангелы.
Эбба подносит руки ко рту, дует на замерзшие пальцы и в это время прокручивает в голове все только что услышанное.
Тут ей приходит в голову мысль, и она восклицает:
– Вот почему Ангела занимается сексом с удушением! Я сама видела синяки, и она всегда носит шарф. Это ее способ восстановить контроль над собственной сексуальной жизнью и проработать воспоминания о насилии. А ее мать повесилась, отсюда зацикленность на шее. Верно? Так ведь это работает? Воспроизведение травмы.
Джина приближает к Эббе лицо, и та чувствует фруктовый аромат помады.
– Ты и в самом деле ничего не понимаешь.
Двадцать минут спустя Эбба возвращается в офис. Снимает мокрую обувь и пробирается в кабинет Ангелы. Паркет потрескивает, и она чувствует себя грабителем, когда подходит к столу и роется в вещах. Но это не она должна чувствовать себя глупо, убеждает себя Эбба. Ангела солгала ей, скрыла, что была знакома с Ясминой не только из-за сталкера Андреаса Килича. Они были членами одной группы ACA и, по словам Джины, еще и лучшими подругами. Почему Ангела ничего об этом не рассказала?
Эта мысль не дает Эббе покоя с тех пор, как они расстались с Джиной. А что, если гипотеза Джины верна и Ангела действительно хочет упрятать Николаса за решетку? В этом случае адвокатесса наняла ее для вида, как некомпетентного бывшего офицера полиции, на которого повалятся все шишки, когда они проиграют дело – дело, которое Ангела с самого начала решила проиграть. Если взглянуть на все трезво, то Ангела не принимает особого участия в расследовании, она перекинула все на плечи Эббы, бывшую полицейскую, из-за которой покончил с собой пятнадцатилетний мальчик.
Слезы наворачиваются Эббе на глаза. Черт побери! Ей нравилась Ангела, она даже ей восхищалась. Сильная женщина. В глубине души Эбба надеялась, что сможет стать столь же уважаемым адвокатом, столь же популярным.
Вот же наивная идиотка.
