Защитник полностью

— Если бы все было так просто… Боюсь, та штука, ради которой все это… Тебе ее не протащить.

— Не понял?

— Для ее перемещения колдовским способом нужна очень большая сила. Ты сам не сумеешь. Можешь надорваться и застрять где-нибудь посреди ничто.

— Первый раз слышу такую чепуху.

— Все когда-нибудь происходит в первый раз.

— Ты бы лучше подсказал, что делать, философ хренов.

— Можешь ругаться сколько хочешь, — снова вздохнул Тогот. — Это тебе нисколько не поможет. — И замолчал, может, задумался.

— Заклятие невидимости?

— Не мели чепухи. Со скарабеем не получится, я же тебе сказал, скарабей обладает невероятной колдовской инертностью.

— И…

— Пойдем с боем. Заклятие неуязвимости ты уже произнес, так что вперед. В бой!

— Только не это…

Но Тогот вновь овладел моим телом. Теперь это был я, но как бы не я. Руки и ноги не слушались моих команд и выделывали удивительные кульбиты, которые я сам бы никогда не смог бы не то что сделать, даже представить…

Я пересек площадь, все время ускоряя шаг. В конце я уже не шел, а буквально летел. Финальный прыжок, и я обрушился на толпу полицейских, словно дикий лев. Первый же страж порядка, подвернувшийся мне под руку… простите, под ногу, полетел на каменные плиты с перебитым позвоночником. Остальных я расшвырял в стороны, словно кегли.

Есть такой удар — «пушечное ядро» — полезный прием из тайдзы, если ты оказался в толпе врагов. Собрал энергию в единый узел и крутанулся на пяточке, выставив перед собой сжатые руки. Эффект потрясающий. А если к этому добавить чуток магии…

Описав кулаками полный круг, я на несколько секунд очистил себе дорогу. Но и этого было достаточно. Пара прыжков — и я вновь оказался на гигантской площади, посреди которой протянулась аллея сфинксов. Где-то там, вдалеке, находился мой автобус. Рвануть к нему? Бессмысленно. Если в деле замешаны полицейские, то автобус не сможет служить мне защитой…

— И долго ты будешь стоять, рассуждая о порядке вещей в этом мире? — поинтересовался Тогот. — Сейчас парни, которым ты навешал оплеух, придут в себя и схватят тебя за жопу.

— Вот я думаю…

— Надо не думать, а съе… быстрее. Давай-ка направо вдоль стены.

Я повиновался. Несколько шагов — и остановился перед рвом. Шириной метра в три.

— И…

Отойдя на несколько шагов, я приготовился взять разбег, но в последний момент оглянулся. Из ворот храма на площадь высыпали мои преследователи. Заметив меня, они разом рванулись в мою сторону, но я не оплошал. Точнее Тогот не оплошал. Он заставил мое тело огромными прыжками помчаться в сторону канавы. Невероятный толчок… Нет, что бы там ни случилось, даже если бы я принял самый сильный допинг и накачался самыми крутыми наркотиками, я бы сам не совершил этакий прыжок. Закончился он на крохотной площадке по другую сторону канавы. Не удержавшись на ногах, я сначала упал на колено, а потом, перекувырнувшись, застыл, стоя на четвереньках. Тогот отпустил меня, и я ощутил неприятную боль в растянутых мускулах. Как же я ненавидел постсостояние после возвращения контроля над собственным телом.

А ведь Тогот отлично знал об этом. Знал и все равно делал так, как считал нужным. Урод! Впрочем, если посмотреть объективно, он не так уж часто использовал этот прием — только в том случае, когда мне грозила серьезная опасность. Тем более в этот раз я сам его попросил.

— Мне что, постоянно тебя подгонять?

Я встал и, пошатываясь, пошел вперед.

— Я бы на твоем месте поспешим. Они ведь сейчас стрелять начнут.

И точно в подтверждение слов Тогота за спиной у меня загрохотали выстрелы. Несколько пуль, жужжа, пролетели мимо, и это сразу меня взбодрило. Хотя я отлично понимал, что ни одна пуля не может причинить мне вреда — заклятие защищает лучше бронежилета, — но получить пинок под зад или в спину не очень-то хотелось. И потом заклятие заклятием, но, когда в тебя стреляют, подсознательно хочется избежать роли мишени.

Петляя, словно заяц, я взлетел на вершину очередной кучи земли и едва успел затормозить, чтобы не налететь на проволочную сетку, перегородившую мне дорогу.