В 1976 году, вскоре после подписания Советским Союзом, странами Европы, США и Канадой Хельсинкских соглашений, в Москве, Киеве, Тбилиси, Вильнюсе и Ереване правозащитниками были созданы группы по наблюдению за их выполнением Советским Союзом. В эти группы вошли оставшиеся на свободе правозащитники "первого призыва" и новые правозащитники, в том числе и евреи-отказники. Хельсинкские группы продолжили дело Инициативной группы, к тому времени состоявшей из двух человек, поскольку остальные либо находились в заключении, либо были вынуждены эмигрировать. Хельсинкские группы в основном исполняли информационную и пропагандистскую работу: их документы отсылались в международные правозащитные организации и имели своей целью привлечь внимание западной общественности и западных правительств к фактам нарушения советскими властями Хельсинкских соглашений.
Словом, к началу 80-х годов основными критериями успеха деятельности советских правозащитников, в частности Хельсинкских групп, были уже не положительные изменения в правовой области и даже не степень распространения правозащитной информации среди населения СССР, а уровень осведомленности западных средств массовой информации, западной общественности и правительств о состоянии дел с правами человека в СССР. Добавлю, что вследствие специфически "экспортного" характера документы Хельсинкских групп (в отличие от "Хроники текущих событий") практически не распространялись в "самиздате" и не имели хождения в СССР за пределами узкой группы правозащитников.
Надо сказать, что частые высказывания членов Московской Хельсинкской группы, в частности Л.М. Алексеевой, что-де группа не преследовала никаких политических целей, а лишь действовала из чисто моральных и гуманитарных побуждений, лукавы и неубедительны. Члены группы прекрасно отдавали себе отчет в том, что, систематически отсылая на Запад информацию о нарушениях прав человека и одновременно требуя от советских властей их прекратить, они ставят перед советским руководством заведомо не выполнимые требования. Тем более что эти требования предъявлялись людьми, открыто апеллирующими к западным правительствам, чья цель — уничтожение политической, экономической и социальной системы, существующей в СССР.
Заявления Хельсинкских групп носили политический характер уже потому, что буквально "вынуждали" западные правительства на проведение политических, дипломатических и экономических санкций в отношении СССР. А это означает, что действия членов Московской Хельсинкской группы (как и действия членов остальных советских Хельсинкских групп) носили антигосударственный характер, независимо от того, была ли в УК РСФСР статья, по которой члены группы могли были быть привлечены к уголовной ответственности.
Я, автор этих строк, в течение нескольких лет собирал и обрабатывал материалы для правозащитных неподцензурных изданий — например, "Хроники текущих событий", журнала "В" ("Вести"), некоторые из которых были положены в основу Документов Московской Хельсинкской группы. И хотя я отвечаю за правдивость и достоверность приведенных в документах фактов, однако это обстоятельство не снимает с меня
Истинные же политические взгляды и намерения правозащитников проявлялись сразу же, как только они оказывались на Западе. Эмигрировавший из СССР в 1980 году член Московской Хельсинкской группы Ю.С. Ярым-Агаев и высланный на Запад в 1976 году правозащитник В.К. Буковский создали в 1984 году "под крышей" организации "Freedom House", финансируемой американским правительством, организацию "Демократический центр". Цель этой "независимой" организации была явно политической — содействие установлению в СССР политической и социально-экономической системы западного типа.
Нередко правозащитники по прибытии на Запад выступали на Радио "Свобода", созданном в 1955 году Конгрессом США для ведения идеологической и пропагандистской войны против СССР. А некоторые из них, как, например, Л.М. Алексеева, В.М.Тольц, Б.М. Шрагин, К.А. Любарский, Б.В. Ефимов, Ю.Л. Гендлер, стали платными сотрудниками Радио "Свобода" и даже имели собственные программы. Тем самым они включились в "холодную" войну против советского государства на стороне США, что дезавуирует их заявления о "неполитичности" их правозащитной деятельности. На этом фоне действительно патриотичным и достойным выглядит позиция правозащитника генерала П.Г. Григоренко, отказавшегося преподавать в "Вест Пойнте", высшей военной академии США. Генерал Григоренко заявил: "Я не могу преподавать своему врагу: я советский — бывший советский — генерал".
Так что правозащитники, безусловно, внесли свой "вклад" в дело разрушения советского государства, чем многие из них до сих пор гордятся. Однако надо все же признать, что основной вклад в разрушение экономической, социальной и политической структур советского государства внесло само руководство страны, его политическая и "интеллектуальная" элита.
