Защитники прав человека или «агенты глобализма»? полностью

К народам же иной цивилизации (китайской, японской, арабской), к иным, чем западная, социально-экономическим и политическим системам либеральная концепция прав человека, как и сама Всеобщая декларация прав человека, не применима. Даже в странах с культурой (цивилизацией), сравнительно близкой к западноевропейской, как, например, восточнославянская, место политических и гражданских прав в общей "иерархии" ценостей иное. И уж совершенно абсурдно применять европейские правовые стандарты к общинно-племенным сообществам, где нет даже такого понятия, как "права человека".

Короче говоря, "измерять" положение с правами человека "единым аршином" — Всеобщей декларацией прав человека в странах с различной системой ценностей просто не имеет никакого смысла… Кроме, разумеется, одного — использовать различие в состоянии прав человека как повод для вмешательства одних государств во внутренние дела других.

В отличие от идеалистов-правозащитников, будь то "космополиты" или "патриоты", западные политики видят в так называемых "гуманитарных интервенциях" не акцию для предотвращения геноцида и этнических чисток, а эффективный метод достижения своих геополитических целей. Это было убедительно продемонстрировано США и странами НАТО — сначала расчленением Югославии на несколько формально не зависимых моноэтнических государств, а затем оккупацией Косово. А совсем недавно — военной агрессией Соединенных Штатов и Великобритании против суверенной Республики Ирак и ее последующей оккупацией.

Как большевики полагали, что "пролетариат не имеет национальности", так и правозащитники в наше время считают, что права человека не имеют "национальности": "…права человека в современном мире не могут быть внутренним делом какого бы то ни было государства…" (Л.М. Алексеева "Права и свободы человека в России: анализ-дискуссия", www.liberal.ru).

Это означает, что нарушение прав человека в любой стране имеет "законное" (а для некоторых либералов и прирожденное) право быть делом всех стран земного шара. А значит, и делом любого государства. Ну хорошо, если это государство "передовое", как, скажем, США или Люксембург. Тогда оно "имеет право" вмешиваться и указывать "государству-нарушителю", как ему подобает себя вести в отношении его собственных граждан. Ну а если правительство "непередовой" страны, например Китая, потребует от США отменить "Патриотический акт", позволяющий прослушивание телефонных разговоров и задержание подозреваемого на неопределенное время? Или Иран объявит США "гуманитарный джихад" за варварский обычай заковывать в цепи преступников?

Иронизировать на эту тему можно бесконечно, благо, поводов масса. Но почему никому из российских правозащитников в голову не придет спросить: а на каком таком "прирожденном основании", по какому "праву" правительство США вмешивается во внутренние дела России, требуя от нее прекратить военные действия по ликвидации чеченских сепаратистов, совершающих диверсии, убивающих сотрудников гражданской администрации Чечни?

Любой правозащитник, будь то С.А. Ковалев или Л.А. Пономарев, как гражданин Росийской Федерации, имеет право полагать и думать все, что угодно. Этого "права" его не лишали даже в "брежневские времена". Но в "брежневские времена" у правозащитников, как и у всех советских граждан, не былореального права и реальной возможности выразить свою точку зрения через отечественные средства массовой информации. Именно за реальнуювозможность выражать свое мнение, зареальное, а не декларированное право на свободу слова и боролись правозащитники, в том числе и сам С.А. Ковалев. И именно из-за отсутствия реальной возможности выразить свое мнение в oтечественных средствах массовой информации, донести его до народа были вынуждены правозащитники обращаться к "услугам" зарубежных СМИ.

Сегодня этареальная возможность и этореальное право есть в России. Посылая же свои "свидетельства" в зарубежные и международные организации, обращаясь с заявлениями в Совет Европы с требованиями "наказать" Россию за ее "плохое поведение" в Чечне, исключить из ПАСЕ (С.А. Ковалев), выступая в подкомитете Конгресса США о ситуации в Чечне и "состоянии со свободой слова в России" (Е.Г. Боннер, Л.А. Пономарев), публикуя открытое письмо президенту США с предложением объявить Россию террористическим государством (Е.Г. Боннер, В.К. Буковский), правозащитники ставят себя вне российских высших илегитимных государственных институтов — Думы, Правительства, Верховного Суда. Иными словами, они ставят себя вне российской нации и тем самым ведут себя не как граждане Российской федерации, а как граждане некоего всемирного наднационального сверхгосударства.