Капитан, видимо, согласился с ним, тут же включив разогрев защитного поля и предпусковой тест датчиков субпотоков. Проще всего было бы прыгнуть в третью точку без корректировки и с ужасной погрешностью, чем получить пару импульсов в борт. Неизвестно, куда собирался сбежать наш грузовоз, события увлекли его в другую сторону, кардинально поменяв планы. Нас заметили. Корабль, что поменьше дал по нам сдвоенный импульс лазерных батарей и выпустил светящуюся кляксу плазменного заряда.
Клякса плазмы, похоже, проходила мимо, а вот один из импульсов в нас попал. На схеме-развертке грузовика появились желтые кружки. Хоть стрельба и велась с запредельного расстояния, но защитное поле грузового судна рассчитывалось исключительно на мелкий мусор и не могло защитить даже от такого импульса.
- Потеря шести процентов датчиков потока, еще кое-что из мелочей, - пояснил старпом после доклада инженера. - Нам хватит для прыжка.
Шансов на выстрел чужому кораблю больше не дали, что-то полыхнуло у его борта, заставив операторов огня отвлечься от нас. Но на нашу беду, к нам направлялись две небольших искры. Даже на неопытный глаз Луары стало понятно, что это не звездная пыль и не заблудшие астероиды. Девушка запаниковала, окрасив наше общее пространство удушливым ужасом.
- Успеют, - хмуро сказал старпом. - Но шансы есть. Если не снесут первым заходом что-то серьезное, мы уйдем.
Услышав это, Луара совсем окаменела. Меня такая ситуация совсем не радовала. В отличие от техника подхвата я видел в нашем челноке полноправную боевую единицу. Мое место было там. Если мы не сможем уйти в прыжок, я смогу постоять за наши жизни. Проблема оставалась лишь за тем, чтобы заполучить тело. Я никак не мог достучаться до паниковавшего сознания девушки, теряя время. Пришлось испробовать почти забытую команду "шифт", которую на всякий случай попытался вшить в БМКП, когда хозяйничал в чужом теле. Команда задумывалась для жесткой передачи контроля над телом, как раз на случай паники. Если честно, я дал себе слово не применять ее, да и не сложилось у меня полной уверенности в ее работоспособности.
Команда сработала косо, все чего я добился - еще большего испуга. Но не мытьем, так катанием он помог нашему положению. Перегруженное страхом сознание девушки отключилось. Вопреки требованиям безопасности я активировал экстренное освобождение из пилотского кресла. Мне повезло, что я оказался не в койке пассажира, там такая функция напрочь отсутствовала.
- Куда ты, безумная?! - удивился старпом. - Скоро прыжок!
- У нас есть... - сильно запинаясь без Луары, объяснил я. - Мой корабль вооружен. Откройте люк в космос. Моя ячейка.
- Но у нас есть шанс уйти, - смягчился старпом.
- Если шанс уйти, я не покину борт, - сказал я. - Дайте сигнал на радио, если положение станет плохо.
Уже по пути к ячейке меня настигли опасения, отреагирует ли она на меня. Ячейка открылась. Комбинезон я скинул прямо в тамбуре, пока открывались створки, и сунул его в кабину "Енота". Мир распахнулся, когда я слился с корабликом. Даже сквозь обшивку грузового судна датчики выдали картину боя. Уголком внимания я понял, что давление за бортом истребителя упало, а еще через несколько секунд открылся внешний люк.
Два малых корабля нагоняли наш грузовик. Они, похоже, выжимали максимум из своих двигателей, видимо, прекрасно понимая, что судно пытается уйти в субпоток. И, судя по прилагаемым усилиям, это не входило в их планы. Корабли открыли огонь с дальней дистанции. Судя по вооружению, машины больше подходили для ведения боевых действий в атмосфере. Но нам это мало чем могло помочь. Вскоре МИ моего истребителя засек и пуск четырех ракет. Хоть дистанция оставалась большой, все шансы попасть по такой громадной цели располагались в разумных пределах.
Попали две. Грузовик тряхнуло. Тут же открылось окошко канала вызова. Старпом хмуро оповестил меня, что потеряна почти половина датчиков потока, и судно больше не сможет уйти в субпоток. Тут же я сдернул мой корабль в трансформации истребителя с тела грузовика, попутно зафиксировав пуск еще четырех ракет. Нападавшие моментально заметили появление нового игрока. Теперь все их внимание перешло исключительно ко мне.
