Засланец (СИ) полностью

– Надеюсь, ее можно нацепить обратно, и она не выброшена, как отработавшая батарейка, – с волнением сказал я, осматривая совершенно целый на вид фрагмент брони. – Обидно потерять самую любимую пушку.

– Попробуй вставить на место, – предложила Светлана, – все прояснится.

– Гони сюда киборга, – попросил я, – мне не достать самому до пазов. Вот так вот и погибну в боевой обстановке при смене вооружения. Хотя, кто его в боевой обстановке меняет-то?

Приложенный к плечу в процессе переживаний фрагмент прилип, а я почувствовал, что запустилдся процесс интеграции. На душу пролился ручеек облегчения. Вторая железка оказалась тоже каким-то оружием. Пробовать его в условиях корабля мы не рискнули. Третья железяка к вооружению явно не принадлежала. К ней вывалилось описание, вот только состояло оно практически полностью из уже знакомой инопланетной шлангописи. Понять, как работает эта приспособа, мне не удалось. Из фрагментов, которые получилось разобрать, напрашивался вывод, что я наблюдаю либо мини-лабораторию, либо иную заумную исследовательскую аппаратуру. Возможно, и даже наверняка, штука эта была чрезвычайно нужной и архи полезной, только вот в условиях корабля я ее испытывать тоже воздержался.

– Что нового? – спросила Светлана.

– Та, что пробовал первой, процентов на девяносто является оружием, – ответил я, – та, которая стоит сейчас, похожа на лабораторию или научный комплекс для каких-то исследований.

– Дай-ка четкую картинку, – попросила супруга.

– Лови, – сказал я, сосредоточившись на зрительных ощущениях.

– Да… Жаль, что я не могу в нее залезть, – капризно пробурчала Светлана, – ты же не захочешь лежать ради науки пару дней в спокойном состоянии.

– И не надейся, – огрызнулся я. – Поставлю-ка я проверенную ружбайку. Вообще, мне все больше нравятся изделия метрушников, или как там они себя называют.

Пережитые приключения пробудили в памяти воспоминания о беседах с хранителем станции космополитена. Сама собой всплыла мысленная фраза: «Хранитель, прошу связь».

– Скользящий нулевого уровня, вызов принят станцией потока, – всплыла в голове фраза, дальше вывалилась куча букв, цифр и еще каких-то опознавательных знаков. – Ключ принят, готов осуществить доставку на станцию.

– Но я же в многомерности, – откровенно удивился я.

– Ты находишься в инкапсулированном пространстве, прошу покинуть его во избежание нарушения целостности указанного континуума, – пришел ответ, – если выход из зоны не возможен, доступен путь вывода в базовое пространство с причинением повреждений локальной среды. Прошу подтвердить вызов.

– А…Я, пожалуй, закончу кое-какие дела, – промямлил я первое пришедшее на ум, – вызову чуть позднее, хорошо?

– При существующей скорости передвижения доставка на станцию потока останется доступной в течение одной целой двухсот восьми тысячных от базового временного цикла вращения твоей родной планеты, – пришел ответ, – погрешность счисления ноль целых две тысячных в тех же единицах измерения.

– Понял, – ответил я.

– Связь окончена, – пришел ответ.

– Светик, ты слышала! – выкрикнул я, – тут тоже есть станция потока, и метрушники могут подобрать меня.

– Нет, не слышала, – удивилась Светлана, – ты с кем-то общался?

– Я нечаянно вызвал хранителя станции, и он ответил, – сказал я уже спокойнее, – он предложил доставить меня на станцию.

– Ничего удивительного в этом нет, – ответила Светлана.

– Но это же – многомерность! – вспылил я.

– Для многих существ многомерность – это нормальная среда обитания, – ответила наша собственная хранительница. – Похоже, что строители этого грандиозного сооружения либо были на «ты» с многомерностью, либо строителей таких насчитывалось куда больше одной расы.

– Слушай, а может, раса, доросшая до уровня хозяев, становится полноправным членом этого сооружения? – предположил я. – Они фактически становятся совладельцами этой сети и продолжают развивать это дело. Как ты думаешь?