— Да, вы правильно меня поняли, — кивнула Семенова. — Есть несколько версий того, что могло произойти с Поплавской. Но главная — киднепинг…
— Похищение с целью получения выкупа? Я так понимаю, что данная версия пока основывается на голых предположениях?
— Уж не знаю, к счастью или, наоборот, к несчастью, но так оно и есть. Если Поплавскую и похитили, то те, кто это организовал, никак пока себя не обозначили и никаких условий и требований не предъявили. Но ее папа, Аркадий Гуревич, — очень состоятельный человек. Равно как и старший брат Михаил. Это обстоятельство, расследуя факт исчезновения Поплавской, мы не можем не принимать в расчет. В этом деле есть ряд непростых нюансов, которые я изложу вам по мере необходимости. Крайне маловероятно, что ваш литовский криминалитет, у которого, конечно же, есть общие дела с калининградскими братками, как-то причастен к исчезновению Поплавской. К услугам вашего МВД решено пока не обращаться… Есть опасение, что толку от этого будет мало, а вот само дело получит ненужную огласку. Это я говорю не к тому, что мы сомневаемся в компетенции вашей полиции. Просто такие дела, как наше, во-первых, имеют свою специфику, а во-вторых, главенствующим тут является принцип: "Не навреди…"
— Понятно… Кстати, вы упомянули тут, что Юлия замужем не была. Почему она в таком разе Поплавская, а не Гуревич?
— В детстве она носила фамилию отца, а когда получала паспорт, взяла фамилию матери, — пояснила Семенова. — После того, как они переехали в восемьдесят шестом из Вильнюса в Москву…
— Так она что, виленчанка? — удивился Стас.
— Да, она родилась здесь, в Вильнюсе. Ее брат Михаил даже успел проучиться несколько лет в одной из местных гимназий. Гуревич-старший в одно время собирался эмигрировать вместе с семьей в Израиль, но потом отказался от этих планов и перебрался в Москву. Вскоре у них в семье случился развод: Михаил остался с отцом, закончил "плехановку" и теперь трудится в компании отца, причем занимает сейчас пост исполнительного директора. Аркадий Львович создал новую семью, во втором браке у него подрастает восьмилетний сын. Юлия почти все это время жила с мамой, там же, в Москве. Два года назад она окончила факультет психологии МГУ. Сейчас в Москве у нее есть собственная жилплощадь: двухкомнатная квартира, расположенная в комплексе "Золотые ключи".
— Чем она занималась в последнее время?
— Многим, — чуточку подумав, сказала Семенова. — Преподавала в МЭШ… это Московская экономическая школа, где сейчас учатся преимущественно дети обеспеченных людей. Проработав там полгода, ушла… В последнее время довольно много печаталась, как в российской, так и в израильской прессе. Участвовала в ряде гуманитарных проектов, ездила даже пару раз на Северный Кавказ с миссией "Врачи без границ" (кстати, именно я сопровождала Юлию в этих поездках). Параллельно занималась на заочном отделении московского филиала Института Гаона… Кстати, сам институт находится у вас, в Вильнюсе.
— Да, я знаю.
— Поплавская изучала там идиш, вернее сказать, совершенствовала свои знания. А вы, Стас, знаете, что такое идиш?
Нестеров усмехнулся.
— До войны, я слышал, половина нашего города общалась на этом наречии меж собой… Но сейчас идиш, кажется, вышел из употребления?
— Во многом — да. Потому что подавляющего большинства тех восточноевропейских евреев, которые являлись носителями языка идиш, вот уже шесть десятилетий как нет в живых.
Стас тут же согнал улыбку с лица — как рукой стер.
— Насколько я понял, — сказал он, возвращаясь к их разговору, — Юлия Поплавская не занимает никаких должностей в компании отца и не имеет никакого отношения к его бизнесу?
— Да, так и есть, — кивнула Семенова. — Отношения у них сейчас нормальные, но Юлия идет по жизни собственной дорогой…
Стас отвез Семенову по адресу, где для нее, как выяснилось, была арендована двухкомнатная квартира.
Там ее дожидался уже какой-то мужчина лет тридцати с небольшим, которого Стас увидел лишь мельком, но в котором безошибочно вычислил виленчанина (мужчина этот, пока Нестеров находился в арендованной квартире, был в другой комнате и в разговоре не участвовал).
Впрочем, разговор у них с Семеновой здесь выдался короткий:
— Вот, держите задаток и сумму, необходимую на текущие расходы, — Семенова передала ему пакет, который она, в свою очередь, взяла на столе в гостиной (интересно, кто его туда положил?). — На сегодня, Стас, у вас будет чем заниматься…
— Прислать вам человека для охраны?
— Нет необходимости, — скупо улыбнувшись, сказала командированная.
— Во сколько завтра за вами заехать?
— В девять утра. Если не случится чего-либо экстраординарного, мы с вами завтра отправимся в Палангу.
