− Ага, наверное. − Ухмыльнулась я. − Возможно, мне помогло то, что... я не знаю, мне хотелось сделать ему самый лучший минет, на который я вообще способна. Мы ведь только неделю знаем друг друга, но мне бы хотелось, чтобы это была одна из лучших недель в нашей жизни. Это не первый минет в моей жизни, но такого раньше не было.
Официантка, которая в этот момент подошла к нам долить кофе, очевидно пыталась сдержать смех.
− Какого такого? − спросила Клэр.
Я вздохнула.
− Я не знаю, но хотелось бы. Я пыталась это обдумать. Дело ведь не в том, что он великолепный, а он именно такой, не в том, что у него большой член, а он у него большой, не в том, что он шикарный любовник, а он такой, не в том, что он − бог кунилингуса... Дело в том, что он − все это сразу, и что-то еще... Я не знаю что именно, и это бесит.
− Подруга, это называется химия, − сказала Клэр. − Ее не описать.
− Не объяснить?
Она кивнула.
− Это что-то настолько удивительное, классное и идеальное, что ты просто не можешь описать это словами.
Я кинула в нее еще один пакетик с сахаром.
− Засранка, я знаю что значит неописуемо.
Она кинула пакетик обратно в меня.
− Ну, тогда не делай такое лицо, будто слышишь это в первый раз.
− Я просто... пытаюсь понять, применимо ли это к Зейну и к тому, что происходит между нами. − Я замолчала, собираясь с мыслями. − Просто... если бы ты на прошлой неделе спросила меня, можно ли вообще употребить «неописуемо» по отношению к любому мужчине, не говоря уже об этих странных недо-отношениях, я бы просто рассмеялась тебе в лицо. Но... теперь мне кажется, это не так уж и глупо.
Клэр кивнула со всей серьезностью.
− Лапочка, поверь, я понимаю тебя больше, чем ты можешь себе представить.
− Лапочка? Серьезно? Так обычно называют своих приученных к горшку пацанов-футболистов их мамки, которые ездят на минивэне и питаются исключительно органическими продуктами.
Клэр, которая в этот момент сделала глоток своего кофе, пыталась не захлебнуться от смеха.
− Твою мать, кажется, я себе нос изнутри обожгла, − сказала она, вытирая салфеткой нос и подбородок. − Ну, тогда как мне называть моего парня в порыве страсти?
− Как насчет классических: милый, малыш, дорогой, и все в таком духе?
Она отмахнулась.
− Он заслуживает чего-то пооригинальней. Я таких как он раньше никогда не встречала.
− Ну, так бы сразу и сказала.
− Я тут подумала вот о чем, − сказала Клэр, − каковы шансы, что мы обе встретим настолько горячих парней, что они заставят нас задуматься о том, как мы проживаем свою жизнь и о наших взглядах на отношения... на одной неделе, в одном и том же городе, они оба местные, но при этом мы встретили их в разное время и в разных местах, при этом не будучи вместе?
Я уставилась на нее.
− Ты так это сказала, что теперь мне кажется, что...
− Что это настолько невозможно статистически, что даже смешно?
Я кивнула.
− Именно. Но, в конце концов, Ужасающая Парочка мы с тобой или нет?
Мой телефон завибрировал, и я достала его из сумки.
Мой начальник прислал мне письмо с пометкой «срочно». Я в отпуске, но он знает, что я регулярно проверяю почту, поэтому часто пишет мне туда, даже когда я дома или не на работе, потому что знает, что я обязательно его посмотрю и скорее всего отвечу. И я отвечаю, хоть и ненавижу его за то, что он использует мою зависимость от телефона против меня. Когда я ответила ему, то заметила, что Клэр тоже что-то печатает в своем телефоне и судя по ее мягкой, веселой, и тем не менее игривой улыбке, она переписывалась явно не со своим начальником.
Я положила телефон на стол и поднялась из-за стола.
− Мне нужно в туалет. Не смей расплачиваться без меня.
Клэр хмыкнула.
− Я и не собиралась, − пробормотала она, не поднимая глаз.
Воспользовавшись уборной, я вернулась к столику и увидела Клэр с широко округлившимися от удивления глазами. Одной рукой она держала мой телефон, другой прикрывала свой рот. Она знала пароль от моего телефона, как и я от ее, и мы всегда были открыты друг с другом настолько, что не видели ничего предосудительного в том, чтобы залезть в телефон подруги, но тут, в первый раз за все время нашей дружбы, я почувствовала себя неуютно.
− Твою ж мать, Мара, а ты не врала насчет его члена. Господи. Это же просто монстр. − Она провела пальцем по телефону, и я услышала знакомый мужской стон, − «...хотел бы я, чтобы это была ты...».
− О... мой... Бог... − Она снова прикоснулась к экрану и включила видео с самого начала, проверила, нет ли посторонних рядом, а затем согнулась над телефоном, при этом отбиваясь от моих попыток вернуть телефон.
− Это самое горячее видео, которое когда-либо существовало в этом мире. Можешь переслать его мне?
− Нет, не перешлю! − Я сумела выхватить свой телефон. Впервые за долгое время я была зла на Клэр настолько сильно. − Господи, Клэр, я, конечно, понимаю, что мы делимся друг с другом всем, но это... − Я даже не знала, что сказать.
