— Ну твой дядя отправил нас на принудительное лечение от алкогольной зависимости. И это был далеко не отдых на курорте. У нас не было связи с внешним миром. Новости о нашем состоянии докладывали на прямую Михаилу. Мы пробыли там долго, почти полтора года. Выписали нас лишь удостоверившись что никаких рецидивов не будет. Затем к нам приехал Остап.
А ведь реально же был момент, больше года назад, когда Остап уезжал на несколько недель. Якобы для практики. Выходит он был здесь. Стреляю в него убийственным взглядом, а он лишь закатывает глаза.
— А дальше что?
— Дальше клуб анонимных алкоголиков. Спорт и долгая работа над собой. Остап пока был с нами, рассказал в мельчайших подробностях что ты пережила за последний год учёбы в школе. Он вообще нас не щадил и не подбирал слов. Но именно он был последним пинком, чтобы мы наконец начали жить как прежде. Но звонить тебе нам всё ещё было нельзя, но теперь чтобы не навредить тебе и твоему спокойствию.
Почему-то у меня нет зло ли ни на дядю, ни на Остапа. Они реально много для меня сделали. И делали это от чистого сердца. Странно что крёстная мне ни словом не обмолвилась о родителях, но может быть и ей запретили мне говорить.
— А где папа?
— Так рабочий день же в разгаре. В офисе он.
— А ты почему дома?
— Я в последнее время работаю в основном на дому.
Остап встал и вышел с кухни, проводила его взглядом и вновь перевела взгляд на маму.
— Почему?
Мама замялась подбирая слова.
— Потому что твой младший брат ещё совсем кроха, чтобы оставлять его на няньку, — сказал появившийся в дверях Остап.
Он держал на руках малыша. Судя по голубому цвету одежды это был мальчик. Очаровательный темноволосый карапуз с карими глазами.
— А вы похожи, — сказал Остап разглядывая нас обоих. — Хочешь подержать?
Я в шоке уставилась на маму. Она сидела белее мела. Наверное женщина думала что я брошусь её обвинять. Но у меня и в мыслях не было такого. На самом деле я всю жизнь мечтала о брате или сестрёнке, именно поэтому с таким трепетом относилась к Остапу. Я больше не была одна. А теперь у меня есть ещё и младший братик.
Встала и подошла к братьям. Протянула руки к малышу и он потянулся в ответ ко мне. Ни разу не держала маленьких детей. Остап помог мне правильно его взять и потрепал малыша по непослушным волосикам.
— Как его зовут? — повернулась к маме лицом.
А она снова плакала. Остап набрал ей в стакан воды и протянул его. Мама сделала несколько глотков и вытерев слëзы наконец сказала:
— Денис.
— Здравствуй, Денис. Я твоя старшая сестра.
Родители дали брату имя, которое я очень любила. Всегда говорила что хотела бы братика Дениса и сестрёнку Алису.
В квартире у родителей мы пробыли до самого вечера. Застали возвращение папы с работы. Я по новой пережила слëзы, неприятные разговоры о прошлом, прощения и просьбу о втором шансе. И если в начале не хотела давать этот второй шанс, то познакомившись с Денисом, уже не смогла им отказать. Я была просто очарована этим малышом.
Мы чуть не забыли о цели своего визита и уже обнимаясь в дверях перед уходом, Остап спросил про морскую свинку. Её забрала крёстная, сразу же после того как я покинула страну. Я как раз хотела увидеть её. Мы хоть и общались с ней и всей её семьёй все три года, но всё равно по ним очень соскучилась.
— И почему я не знала что ты приезжал к моим родителям? — набросилась с расспросами на Остапа, едва мы уселись в машину.
— Ты мне не доверяешь? — спросил он.
— Доверяю.
И говоря это я не врала, не знаю почему, но доверять ему начала с первых минут знакомства. И ни разу за всё время не усомнилась в нём, его методах или словах. И сейчас понимала, раз он не сообщил, значит на то были причины, но это не означало что промолчу.
— Да, доверяю. Но хочу знать, почему не сказал.
— Тори, всему своё время.
— Ты меня бесишь!
— Тебя просто раздражает что я прав и знаю больше тебя. Но поверь, вредная моя сестрёнка, скоро ты узнаешь всё.
— Интересно как быстро это произойдёт и что же такого я узнаю?
— О, поверь, ты офигеешь от свалившейся на тебя информации.
— Это меня как раз и пугает.
Максим
Сегодня второй день моей новой реальности. Вика вновь появилась в моей жизни, но теперь между нами такая пропасть, которую просто так не переступить. Тогда три года назад принятые мною решения были единственно верными. Это потом задним числом и Артём и Дамир много умничали что я мог попытаться выкрутиться и что-то придумать. Но в моменте, когда ты оказываешься прижатым со всех сторон обстоятельствами, а сделать выбор нужно здесь и сейчас, и от твоего выбора зависит жизнь дорогого для тебя человека, каждый ли смог бы думать трезвым умом? Я не смог, поддался панике и страху. Да и выбора у меня как такового и не было. Что мог восемнадцатилетний пацан против двух взрослых с деньгами и связями? Я вам скажу: ни-че-го! Как бы мои друзья не ерепенились…
