— Зачем ты сейчас сидишь со мной? А не дома с сестрой?
— Сейчас я ей не нужен. В принце уже сделал всё что должен был.
— И что же ты сделал?
— Да так, всего лишь привёз её на родину и привёл к тебе. Считаешь мало?
— Зачем тебе это? Ты явно не питаешь ко мне тёплых чувств?
— Да нет. Я вижу в тебе своего будущего родственника, — пожал плечами Остап.
Посмотрел на меня и начал ржать от моей реакции. Моя челюсть отъехала куда-то в сторону пола.
— Ты как только появился в универе, изображал из себя парня Вики.
— Ну есть за мной грешок: люблю щекотать людям нервишки. А ты такой милаш когда ревнуешь, я прям немногу.
Чтобы не прибить его, схватился за свой стакан и в пару глотков осушил его. Остап сразу же налил мне новую порцию алкоголя. Посмотрите на него, любит трепать нервишки, тоже мне затейник. Очень надеюсь что и ему кто-нибудь хорошенько потреплет нервы.
— Кстати, всё хотел спросить, — говорит Остап, привлекая моё внимание. — Что за любовь к белому?
Смотрю на него в недоумении: о чём он вообще? Клоун закатывает глаза и выдаёт:
— Ну ты же явно не от природы блондин.
— А это. Спор. Никогда не спорь с друзьями, чья девушка тебя не особо любит.
Остап начинает хохотать. И смеётся долго, чем злит ещё больше.
— А ты рисковый пацан. Если бы сказали перекраситься в жёлтый? Ты сейчас был бы цыплёнком.
— Главное что не розовый, — пробурчал я.
— Зато с Викой отлично сочетались бы.
Мы прикончили виски и начали собираться домой. Алкоголь слегка затуманил мозг и лишил мои движения чёткости. Наш глупый разговор, который должен был усыпить бдительность не помог. Все мои мысли так и крутились вокруг Вики, которая сейчас находилась одна дома и которая в одиночку переваривала новую для себя информацию.
— Я вызвал такси, — сообщает Остап. — Сначала отвезем тебя, потом уже меня.
— Нет, я еду с тобой.
— Ну так я так и сказал, дурья бошка.
— Я еду к тебе домой.
— Всё ещё на что-то надеешься? Сказал же люблю хрупких красоток.
— Отвали, я еду к Вике.
— Ну я так и понял, — пробурчал Остап.
Таксист явно был не рад двум бухим парням, которые всю дорогу трындели о чём-то. Как только мы вылезли из машины, сразу же сорвался с места.
— Глянь какой нервный, — изумился Остап.
— Пойдём уже. Вика там одна и ей нужна поддержка.
Парень посмотрел на меня серьёзным взглядом, словно в миг протрезвел и открыв подъездную дверь, пропустил меня вперёд. В квартире стоял полумрак — горели лишь настенные светильники. Остап разулся и прошёл на кухню.
— Систр то, похоже, вызывала на шабаш своих ведьм.
— Вика пьёт? — удивился я.
— Никогда. А вот еë ведьмы помимо человеческой крови ещё и винишком балуются.
Этот чувак умеет нормально разговаривать или из его рта вылетает только стёб? Прошёл на кухню и увидел на полу две пустые бутылки от вина. Они сиротливо стояли рядом с раковиной. Остап залез в холодильник и вытащил на стол тарелки с закусками.
— Ты будешь есть в темноте? — спросил у него.
— Где ты видишь темноту? Это интимный полумрак, — отозвался парень, засовывая в рот кусочек, кажется мяса. — Спальня Вики самая дальняя дверь. Сладких снов, крашенный.
Закатил глаза и вышел с кухни, оставляя клоуна один на один с едой. Мне есть не хотелось. Сейчас я жаждал лишь одного — оказаться рядом со своей девочкой.
Дверь в комнату Вики была приоткрытой и я острожно, чтобы не разбудить её, проскользнул внутрь. У неё тоже горел настенный светильник, давая мне возможность осмотреться по сторонам.
Комната у неё была просторной с огромной кроватью. Обычный интерьер для комнаты студентки: кровать, шкаф, стол, кресло, просто всё дорогое и очень стильное. Единственное что бросалось в глаза это висящая в углу груша, а на ней перчатки. Вика верна своим привычкам. Думаю она каждый день вымещает на ней свою злость. И чаще всего на месте снаряда представляет моё лицо. Надеюсь я смогу это исправить.
Вика спит свернувшись калачиком на самом краю огромной кровати. Одеяло сбилось в ногах и я вижу её милую пижаму с котятами. Волосы разметались по подушке, закрывая от меня её личико. Подошёл к кровати и наклонившись, осторожно убрал пряди волос от лица. Не удержался и погладил по щеке мою девочку. Еë кожа такая нежная на ощупь, словно гладишь самый дорогой бархат. Хотел коснуться её губами, но не стал рисковать.
Вернулся в прежнее положение и взявшись за одеяло укрыл Вику. Направился к столу, над ним висел светильник, хотел его выключить, чтобы его свет не мешал спать. Опустил глаза на стол и увидел открытую тетрадь. На первый взгляд мне показалось что это просто какие-то записи. Не знаю что толкнуло меня взять эту тетрадь в руки.
Но вот я держу её в своих пальцах и листаю. Это тетрадь со стихами. Нет, не переписанными стихами известных писателей, а с личными, созданными самой Викой строчками. Не знал, что она пишет стихи. В этот тетради вся её боль, все переживания и эмоции. Что-то зачеркнуто, а что-то ярко-ярко обведено.
