- Совершенно исключено, что кто-то из Пожирателей Смерти может следить за домом, ведь так? Он защищён и невидим для чужого взора, - Рон берёт с блюда овсяное печенье и с надеждой смотрит на меня. Встретив его взгляд, я немного нервно размешиваю сахар в чае, стуча ложкой по тонким фарфоровым стенкам чашки, а потом кошусь на шкатулку. Почти сразу чувствую, как меня окутывает привычное отрешённое состояние, а в уши прокрадывается ненавистный гул. Тряхнув головой, беру чашку в обе ладони, осторожно прислоняюсь к мягкой спинке дивана и отвечаю другу:
- Снейп сказал Реддлу, что мы отправимся завтра утром. Очень хочется верить, что так не случится в действительности, иначе сопровождение в лице Пожирателей нам обеспечено.
Почесав макушку, Рон неопределённо пожимает плечами и хрустит печеньем, Невилл следует его примеру, Гермиона склоняется над своим чаем, наслаждаясь приятным ароматом мяты и корицы. Гостиная вновь погружается в относительную тишину: слышно лишь треск поленьев в камине и приглушённое тиканье часов из коридора, пока не открывается дверь. Синхронно обернувшись, мы смотрим на Андромеду: она останавливается на пороге и показательно стучит по дверному полотну.
- Можно к вам присоединиться? - она демонстрирует блюдце с чашкой, которые взяла с собой, и мы, конечно же, соглашаемся.
Гермиона подвигается, освобождая место, Андромеда присаживается на край дивана и наливает себе чай. Добавив кусочек сахара, она размешивает его ложечкой, одновременно обводя нас долгим взглядом, а потом произносит:
- Неприятно получилось с Фламелем. Я сказала Дамблдору, что могу предоставить свой дом в качестве временного штаба Ордена, но он почему-то против этого.
Андромеда поправляет собранные в хвост волосы и делает небольшой глоток чая, не замечая, как мы вчетвером разом оживляемся.
- Это было бы замечательно, - тянет Гермиона, с сожалением взглянув на волшебницу рядом с собой.
- Но почему директор против этого? - я перестаю дуть на свой чай в попытке остудить и подозрительно хмурюсь.
Андромеда не спешит радовать нас ответом: отставив чашку, она смотрит на собственные ладони, при этом её бровь недовольно взлетает вверх. Наконец, она вздёргивает подбородок, этим движением так явно напомнив мне Беллатрису, и резко отвечает:
- Он не называет причины, но я подозреваю, что дело в Нарциссе. Я рассказала Дамблдору о том, что она приходила ко мне, и теперь он полагает, что мой дом небезопасен.
Рон кладёт в рот кусочек печенья, как вдруг округляет глаза от услышанного, Невилл наклоняется вперёд, чтобы увидеть Андромеду за Гермионой, а я откровенно теряю дар речи.
- «Небезопасен»?! - переспрашивает друг так, словно не может поверить собственным ушам, - в таком случае, то же самое можно сказать и про этот дом, ведь Нарцисса и Беллатриса жили здесь когда-то! Это полнейший абсурд.
- Это всего лишь моё предположение, но других вариантов у меня нет, - Андромеда разводит руками в бессилии и тянется к чайнику, чтобы вновь наполнить наши чашки. Я обмениваюсь с Гермионой короткими взглядами, и мы безмолвно решаем, что пора закрывать эту тему. Подруга думает пару мгновений, а потом спрашивает у Андромеды про её колдомедицинскую практику во Франции. Та встречает вопрос с явным удивлением, но всё же отвечает, и вскоре мы оставляем их, увлечённых разговором, наедине. Парни занимают кресла у камина: опустив ноги на специальные пуфики, они смотрят на завораживающий танец огня и вполголоса беседуют о чём-то несущественном. Я возвращаюсь к чтению книги, расположившись в кресле в глубине гостиной. Через какое-то время отрываю взгляд от строк и киваю Андромеде с Гермионой: они решают подняться в библиотеку, под которую отведена большая комната на втором этаже. Блэки столетиями собирали редкие и ценные книги, и Андромеда, конечно же, хорошо разбирается в семейной коллекции. Я не поленился спросить у Сириуса, как книги смогли уцелеть после пожара, на что крёстный ответил: «За это стоит благодарить моих родителей». Они окружили помещение самыми сильными защитными чарами, благодаря которым книги остались нетронуты огнём.
