— Мы будем считать это Гайд-парком. Когда кукла достигнет этого квадрата, молодая девушка будет в Гайд-парке. Вопрос только в том, кто будет победителем: ее воля или моя. Когда увидите ее, ничего не говорите, а следуйте за ней. Она приведет вас к Корнелиусу. Вы меня поняли? Не надо с ней говорить, и она не должна вас видеть.
Ролло посмотрел на красный квадрат и на куколку, лежащую на ковре.
— Хорошо, — он был смущен. — Я сделаю то, что ты говоришь. Это очень важно.
— Она придет, — безразлично повторил Гилрой, — если вы будете терпеливы.
Ролло что-то проворчал и вышел. Спустившись этажом ниже, он прислушался: сверху доносился звук барабанной дроби, казавшейся ему сначала отдаленным шумом грозы. Но на самом деле бил барабан: бум… бум… бум… Дробь отчетливо проникала в голову, как пульсация. Он пожал плечами и направился к машине.
— Что это за шум? — недовольно спросил Большой Том. — Вы слышите? Меня так просто сначала оглушило. Послушайте…
— Это ничего, — ответил Ролло. — Это Гилрой забавляется со своим барабаном, — и он провел рукой по лицу.
— Едем в Гайд-парк. У меня там свидание.
Сержант-детектив Джерри Адамс выпрыгнул из автобуса, приветливо кивнув водителю «До скорого…», и поднялся по ступенькам дома 155А по Филен-роуд. Нажимая на кнопку звонка, он с трудом удерживался от зевоты. Была уже полночь, он мотался целый день, и день этот показался ему длинным, слишком длинным. А в заключение дежурный сержант отделения Вин-стрит передал ему срочную просьбу Сендрика Смита, что, конечно же, не улучшило его настроения. И только потому, что жил неподалеку, он решил зайти к Сендрику. Тот сразу же открыл ему.
— Наконец-то ты пришел! — его круглое лицо прояснилось. — А я уже думал, что ты не придешь.
— Да, но я ненадолго, — сухо, без восторга ответил Адамс. — Я весь день на ногах. Что случилось?
— Мой дорогой мальчик, — Сендрик широко распахнул дверь перед Джерри. — Все это слишком серьезно, чтобы говорить об этом на пороге дома. Я очень тревожусь.
Адамс снисходительно улыбнулся.
— Пф! Ты всегда готов из мухи сделать слона. Я уверен, будь у твоей кошки блохи, ты и от этого не сомкнул бы глаз.
Он прошел за Сендриком в маленькую гостиную.
— Во-первых, у меня нет кошки, — Сендрик держался подчеркнуто официально. — Я боюсь кошек. Отвратительные маленькие существа. Они всегда проскальзывают мимо рук, когда их хочешь поймать. Но садись, Джерри, мне необходимо посоветоваться с тобой. Верю, что ты очень устал, но мне необходим совет. Ты хочешь выпить? У меня есть пиво и виски. Выбирай.
Джерри вздохнул, положил шляпу на стол и поудобнее устроился в кресле.
— Я, пожалуй, выпью виски, — он расслабился. — Но, будь добр, не тяни. Так в чем же дело? Один из твоих жильцов отказывается платить за квартиру, что ли?
Сендрик сжал губы.
— В самом деле, у тебя совсем нет сердца, Джерри, — покачал он головой. — Это серьезно и, думаю, интересно полиции.
Адамс бросил на него не лишенный любопытства взгляд.
— И что же ты обнаружил?
— Я должен начать с самого начала, — Сендрик налил две рюмки двойного виски, добавил содовой воды и протянул одну из рюмок Джерри. — За твое здоровье.
Адамс снова вздохнул, сделал большой глоток, достал трубку и табак.
— Ладно, Сендрик, не торопись. Я весь внимание, старик, но чтобы это была действительно хорошая история.
— Не издевайся, — Сендрик медленно тянул виски. — Не знаю, надо ли мне пить, возможно, потом я не усну.
— Несомненно, — затянувшееся вступление не понравилось Адамсу, — но зато ты можешь спать весь день, чего не могу позволить себе я, так как должен работать.
— Меня беспокоит мисс Хэддер, — наконец он приступил к делу. — Кое-что мне очень не нравится.
— Опять мисс Хэддер? Что там она еще натворила?
— Она встречается с непорядочными людьми, — Сендрик печально покачал головой. — Хуже того, она встречается с преступниками.
Адамс расхохотался.
— Ну, Сендрик! Что ты знаешь о преступлениях?
— Во всяком случае, я могу отличить, кто порядочный человек, а кто подонок. Так вот, этот Джос Краффорд настоящий подонок!
— Джос Краффорд? Кто это?
— Вот это-то мне и самому хотелось бы знать. Он приходил сюда с запиской для мисс Хэддер. Он был со мной очень груб, Джерри, ты даже не можешь себе представить его грубость и порочность. Он навел на меня ужас, а я ведь не из трусливых!
— Он оставил ей письмо?
— Да. Конверт был плохо заклеен, и я подумал, что моя обязанность прочесть его.
— Ты определенно наживешь себе неприятности, если будешь заниматься подобными делами, — нахмурился Адамс.
— Естественно, если бы это письмо не было почти совсем открытым, я никогда не позволил бы себе его прочитать, — Сендрик не спорил. — У меня, конечно, много недостатков, но к их числу не относится любопытство, — избегая пытливого взгляда Джерри, он продолжал: — Если мне память не изменяет, в письме говорилось: «Отправляйтесь в агентство Фресби на Руперт-Курт, 308. Он поможет вам войти туда. Д.К.»
— Ты уверен в этом адресе? — спросил Адамс, у которого внезапно проявился интерес.
