Застрелите меня из рогатки полностью

Что ж мне так мешает спать? Только вчера купил новый ортопедический матрас. Продавец обещал, что с этим матрасом я забуду о болях в спине и суставах. Врал, сука! А ведь ещё он чуть не втюхал мне ортопедическую подушку- обнимашку…Или я повёлся и купил? Старый дурак! Но всё же, что мне мешает прижать руки к груди – так как я привык спать.? Какие-то валики…Матерь божья! Это же сиськи! У меня, семидесятилетнего мужика, СИСЬКИ? Рука сама потянулась вниз, где, пусть и гармошкой, но что-то было.

Так вот, ничего там не было. Только ровненькое местечко с кучерявенькой шерсткой. Б-л-ля-я-дь! Дочитался фэнтези на ночь! Не зря внук говорил, что от этих соплей мозги сохнут. Или это он говорил про диабет, когда я нарушал диету и не пил таблетки? Да один хрен, я наверно, в реанимации.

«Вставай, лохудра! Итак третью менку валяешься» – визгливый бабский голос ударил по ушам. С меня сдернули трятьё, которое служило одеялом -

«Подумаешь, поваляли тебя немного парни. А вот нечего было на речке светить голой задницей!» Баба схватила за ногу и потянула с топчана. Боль прострелила всё тело. Невольно вырвался стон. Из носа потекло. Кашель разорвал лёгкие и сгусток темной крови я выхаркнул прямо в рожу бабищи.

– Мирок, иди сюда! Похоже она кончается! Вон как корёжит. Что делать-то будем? Если сдохнет, староста больше платить не будет. Да и шкатулку отберёт – запричитала баба.

– Тише ты. Орешь на всю деревню. Счас стащим её к знахарке. Скажем, что упала в погреб. – Мужик деловито ощупывал моё тело.

– И ты, козёл, туда же. Убери свои грабли – в голосе бабы проскользнули ревнивые нотки – Что вас тянет на неё как котов на сметану?

– Заткнись, Мирка! Или хочешь, чтобы все узнали, что твой сынок с дружками ссильничал приписную девку? Позови Гирона. Я пока тут присмотрю.

– Сам зови. Нечего присматривать. Вроде ТАМ нет крови…Может обойдётся – голос слышался всё тише.

Второй раз я пришёл в себя от резкого травяного запаха. Рядом суетилась натуральная ведьма: седые космы из-под темной косынки, крючковатый нос и беззубый рот. Она что-то нашёптывала и водила над телом руками. Ладони светились… – Ох, как непросто всё с тобой. Ох, как непросто! Ты кто? -ведьма воззрилась на тело, лежащее перед ней.

– Кто, кто…Конь в пальто! – ответила грубым мужским голосом избитая девушка.

– Двоедушник! – охнула ведьма и долбанула синей молнией прямо в лоб.

– Тётенька Мавра, за что вы меня так? – пискнула девица.

Тело дернулось и потеряло сознание. Ведьма схватила глиняную кружку и хлебнула из неё. Потом села, опустив стиснутые ладони между колен и затихла.

Пришёл в себя глухой ночью. В незанавешенное окно смотрела луна. Меньше, чем привычная. Рядом светилась красноватым оттенком еще одна. Совсем маленькая. Все ясно. Я не дома. В смысле, не на Земле. Уже одно это напрягало. Но было ещё кое что…Естественные нужды усиленно звали в определённое место. Сел на кровати, спустил ноги на пол. Попытался сделать шаг и качнулся вперед. Чуть не оказался на этом самом полу! Мешал смещённый центр тяжести – проще говоря, сиськи перетягивали. Значит я ещё в теле той девчонки. Бляха муха! Что делать-то?

– Куда собрался, милок? – голос ведьмы оказался неожиданностью.

– По нужде.

– Иди во двор. Пёс проводит.

Под ноги попался мохнатый комок. Слабо тявкнул и потянул за край простыни. Так мы с ним и дошли до некоего сооружения во дворе. Внутри горел огонёк. Как же приловчиться? Как-как – вприсядку. Привычно потянулся стряхнуть последнюю каплю. Д-а-а, вот ещё нарисовалась проблема.

– Управился? – ехидно спросила ведьма и похабно захихикала – Ну, давай знакомиться. Кто ты, откуда и как сюда попал.

– Ды ты, уж старая, наверно всё знаешь. Раз поняла, что я мужик , а не девчонка эта побитая. Сначала ты, как принимающая сторона. А уж потом я.

– Да что уж обо мне. Ну, да ладно. Я Мавра, здешняя знахарка. Лечу себе потихоньку травками и кое-чем ещё. – Видя, что собеседник не понимает, добавила – колдую понемножку. На многое-то сил не хватает. Все считают, что я ведьма. Побаиваются.

– Ясно, что ничего не ясно! Больше ничего не скажешь? Тогда моя очередь.

Зовут меня Павел Николаевич. Фамилию тебе не зачем знать. Пенсионер. Лет уже много. Сил совсем мало! Всю сознательную жизнь служил своей стране. Разведчик я. Сначала как полевой игрок. Из таких передряг выходил сам и других вытаскивал… Потом, после тяжелого ранения – преподавал в школе разведки. Последние годы – аналитический отдел в штабе. Не на первых должностях, но всё же. Потом два инфаркта подряд и списан на пенсию. Так и живу теперь.

– Стой, не части! Что такое пенсия – старая карга почему-то зацепилась именно за это.

– А это когда ты отдал все силы государству, а оно тебе малую толику денежного содержания. Чтоб не сдох сразу, а смог беззубым ртом рассказать молодёжи, какое оно, наше государство, правильное. Типа: даже такой мусор, как пенсионеры содержит и лелеет.

– Ох, сколько в тебе боли накопилось…и обиды. Но не всё надо валить на других – начала было Мавра.