— Хватить трепаться! Где оружейник?!
— Сядь!
Стоящий возле стены Самсон фыркнул, и мы все обернулись на него. Кажется, он и не сделал ничего, но прозвучало страшно. Будто и не человек там стоял, а какой-то бизон. Пугающий рокот вырвался из его ноздрей. Стало не по себе. Румянцев замялся и грохнулся в кресло рядом со мной.
— Итак, — Мещерский прошёлся по нам глазами. — Я бы хотел начать с новости о покупке…
— Начни с моего оружейника! Клали мы на твой рудник! Денег от него всё равно не будет!
Мещерский раздражённо улыбнулся и выдержал паузу. Потом расправил, плечи, поправил тонкие очки на носу и посмотрел на Румянцева:
— Да. Твой оружейник у меня. И я не собирался это скрывать. Вопрос об этом стоял вторым на рассмотрении.
— Какой ещё, нахер, вопрос?! — Румянцев наклонился к столу.
— Ну, раз эта тема стоит сегодня более остро, — Мещерский держал себя в руках. — Давайте начнём с неё. До нас дошли сведения, что ты заказал у оружейника сто мушкетов.
— Не твоё дело!
— Ты собираешь добровольцев и обучаешь их стрельбе. С кем ты собрался воевать?
— Ни твоего ума дело! Я беспокоюсь о своей безопасности!
На всякий пожарный я чуть отодвинулся от Румянцева. Красные глаза, перегар, злость. Как бы мой дружище буянить ни начал.
— Положим, это не лично моё дело. Ты прав, Румянцев. Но это касается всех нас, — Мещерский обвёл собравшихся руками. — Давайте решим и проголосуем. Хотим ли мы позволить Румянцеву создать у себя в кварталах вооружённую армию? Не боимся ли мы, что в один прекрасный день, обожравшись грибами, он направит её на нас?
— Пха-ха! — хохотнул Румянцев.
— Выношу вопрос на голосование, — официально сказал Мещерский и поднял руку. — Кто за то, чтобы временно отстранить оружейника от дел Румянцева?
Живой труп Прокопий тут же вскинул руку. С ним было всё понятно. Он — тень Мещерского. Ростопчина сложила руки на столе — воздержалась.
— Против! — крикнул Румянцев.
Все уставились на меня, а Мещерский чуть склонил голову.
Ах вот оно что? Вот к чему был тот разговор при встрече. Денег нет, но посмотрим как там пойдёт! Вот же хитрый сукин сын! Я посмотрел на Румянцева, тот уставился на меня. Пьяный, злой и такой родной.
Могу ли я предать друга ради каких-то?.. Ну почему сразу предать?! Просто действовать в общих интересах. Общество и всё такое. Вон, Мещерский правильную телегу толкнул: а вдруг Румянцев и вправду под грибами войнушку устроит?! Устроит, козлина, и меня не позовёт! Гы-гы! Деньги или дружба? Нет, это плохой вопрос. Дружба или безопасность людей? Вот этот — норм.
— Я — за! — я поднял руку.
— Конченые! — крикнул Румянцев и вскочил из-за стола. — Хер клал на вас, ублюдки!
Не успел Мещерский что-то сказать, как Румянцев выскочил из зала и хлопнул дверью. В молчаливом тупняке мы просидели несколько минут, а потом я вспомнил:
— Может, мы обсудим похищения людей в Виктомске? Если вдруг кто не знает, то пару недель назад я отрубил две головы…
— Продолжим! — крикнул Мещерский. — Возвращаемся к вопросу о покупке рудника. Сделка уже совершена, и мы рассчитываем в ближайшее время…
Полчаса мы слушали какую-то ересь про обустройство рудника. Планы на поставки в следующем году железа, планы на строительство литейного завода. Реальные проблемы Виктомска никого не интересовали. Похвастаться тем, что я отмудохал харва, мне тоже не дали. Да и вообще! Никого не интересовал монстр терроризирующий город?!
Слегка офигевший от происходящего я получил свой положенный портфель и свалил. Ну и хер с ними! Свои дела я решу сам. Главное, что увесистый портфельчик с налом при мне. А вот Румянцева, конечно, стоит навестить. Чего он там задумал? Нахера ему сто пехотинцев?
— Господин! — постучал в дверь Дементий.
— Чего тебе?
Старик просунул голову, а затем просочился весь:
— Не слишком ли много у нас людей? — спросил он. — Деньги могут закончиться.
— Не переживай, Дементий. Всё посчитано.
— Кем?
— Слушай, ты по делу пришёл или как?! — я отложил дневник в сторону.
— Что читаете?
— Вали отсюда!
— Может, чая принести?
— Чем бы в тебя запустить? — я подобрал с пола пустую бутылку и замахнулся. Дементий сбежал с лестницы.
Ты посмотри на него! И деньги его интересуют, и что я читаю. Отвлекает только. Я вернулся к дневнику.
То был рукописный дневник Минея Глинского — моего деда. Книженция красивая с чёрным переплётом и белыми листами. Про почерк деда такого не скажешь. По три раза в каждое слово вчитывался, чтобы хоть что-то понять. В дневнике Миней записывал случайные происшествия из жизни. Очень странный выбор, нужно сказать. На первых станицах пишет о наблюдениях поведения молодых солдат в бою, через месяц — черкает рецепт супа, а годом позже — описывает бёдра полюбившейся ему лекарши. Бабки на него не было!
Писал Миней нерегулярно. То каждый день строчил по несколько страниц, то пропадал на месяцы.
