— Уэс, я должна тебе кое-что рассказать… я просто, я было не честна с тобой.
Она должна это сделать, должна рассказать ему, даже если после он возненавидит её, даже если они не смогут больше быть друзьями.
— Да, о чем ты? — Уэс потёр глаза.
— В ночь, когда твою сестру забрали…
Она не могла этого сделать, думала, что сможет, но не могла сказать ему.
— В ночь, когда мою сестру забрали…? — Уэс поднял брови.
— Когда я работала на Брэдли, я… я состояла в команде репатриации… мы могли брать вещи… без чьего-либо ведома… тайны, оружие, но нашей специализацией были люди.
Уэс сжал челюсти и бросил свои карты на пол.
— Нет, нет, не рассказывай мне этого. Ты ничего не делала с Элизой!
— Я — монстр… я причиняла вред людям… твоей сестре…
Уэс покачал головой, на глазах выступили слезы.
— Твоя сестра мертва, Уэс. Из-за меня. Я убила её.
— Нет!
— Ночь, что ты описывал, это огонь из ниоткуда, отсутствие останков… О Боже, Уэс, то, что я делала… то, что они заставляли меня делать… то, что я могу делать…
— НЕТ, Нэт, НЕТ. Ты тут не при чем! — Уэс зажал её руки в свои кулаки. — Послушай меня, посмотри на меня! Это была не ты! Ты тут не при чём!
Нэт всхлипывала, а Уэс так крепко держал её.
— Они посылали нас именно за тем, что ты описывал — забирать детей! Если бы люди не отдали их конфискаторам, их забрали бы мы, чтобы удержать всех в узде. Чтобы напомнить людям, что они не могут нарушать правила. Если бы тот парень не бросил Шейкса… они послали бы за ним команду. Я сделала это. Я знаю, что это я взяла Элизу, мне так жаль, так жаль, — зарыдала Нэт. — Я не знала. Но когда ты заговорил об этом, всё вернулось… всё… мы были уничтожителями… бомбами… пожаром.
— Нет, — произнёс Уэс жалобно, выпуская её руки из стальной хватки. — Нет. Послушай меня. Это была не ты, Нэт! Возможно… возможно ты и совершала подобные поступки в прошлом… но ты не убивала Элизу.
— Как ты можешь быть так уверен?
— Потому что я знаю, что на самом деле произошло той ночью. — Уэс прислонился спиной к стене клетки и закрыл глаза. — Потому что пожар был Элизиной идеей. Она стояла за всем этим с самого начала, — ответил он тихо. — Элиза была отмеченной. У неё были голубые глаза и спираль на руке.
— Вязальщик.
— Вот как вы это называете?
— Она могла создавать иллюзии?
— Да… она создала этот огонь… я до сих пор не могу вспомнить, что было реальным, а что нет. Но Элиза… она была… она была… — Уэс вздохнул. — Она была не очень хорошей. Временами даже пугающей. Я не знаю, где она и что с ней случилось, но я должен найти её, Нэт. Так я смог бы спасти её… от неё самой.
Нэт уставилась на Уэса.
— Это была не ты, понятно? Я знаю. Потому что… я знаю свою сестру. И все, что ты делала… все это в прошлом… ты ничего не могла сделать… ты была ребёнком. Они использовали тебя. Они использовали всех нас.
Нэт даже не знала, что чувствовать. Облегчение? Похоже, этого недостаточно. Она чувствовала опустошённость. Хоть она и оказалась не причастна к исчезновению Элизы, она все еще ощущала вину.
— Ну давай, не смотри так, — сказал Уэс. — Иди сюда.
Нэт прижалась к нему, и он обхватил её руками.
— Так значит, твоя сестра была монстром? — прошептала Нэт. Она чувствовала себя в безопасности в его объятиях, их тела создавали островок теплоты в холодной комнате.
— Я этого не говорил, — ответил Уэс, практически касаясь носом её волос и щекоча дыханием её ухо.
— Она монстр, как и я.
— Ты не монстр.
— В моей голове голос, и это голос чудовища.
— Ты хочешь сказать, что ты понимаешь животных? — спросил Уэс, и Нэт почувствовала, что он улыбается.
— Нет, это другое.
— Ты знаешь, что это?
Нэт покачала головой.
— Я знаю только, что он сказал мне бежать, идти в Нью-Вегас и дальше, в Церулеум. И он посылает мне сны. Сны о пожарах и разрушении, сны о полете, словно готовит меня к чему-то.
— А что он говорит сейчас?
— Вообще-то он молчит уже довольно долго. — Нэт осознала, что это началось с убийства белой птицы. Нет, тут что-то еще. С тех пор, как она увлеклась Уэсом, голос молчал и как будто злился. Она вспомнила боль Сирены, её большую тень в воде, её гнев, когда она разрывала на части их корабль.
— Что еще ты можешь делать? — спросил Уэс, сильнее обнимая её.
— Немного, — ответила Нэт, прижимаясь к нему. — Это просто приходит и уходит. Я имею в виду, что когда случаются неприятности, голос спасает меня: я выпрыгнула из окна МакАртура, и голос донёс меня, но я не могу заставить его ничего сделать. Я просто чувствую силу, а потом она уходит. Я никогда не могла его контролировать. Кроме… — Нэт заколебалась, внезапно смутившись. — Кроме того случая, когда я вытащила тебя из воды. Тогда я чувствовала, что могла бы удержать его, могла бы использовать его.
Она ощущала кристальную ясность и контроль, когда спасала Уэса.
— Хм, — задумался Уэс. — Я думаю, ты просто боишься его использовать, и поэтому он непредсказуем. Я думаю, что ты просто должна принять его. Не борись с ним. Не сопротивляйся.
«Сопротивляться ему?» Действительно, она сопротивлялась ему. Она пыталась спрятаться от него. Пыталась избегать его. Но голос был там. Он всегда был частью неё.
