- Я варяг, да. Но я на вольных хлебах. Чтоб вы понимали, – если меня где-то в переулке будут убивать, и я заголошу “варяги ко мне”, и если неподалеку вдруг каким-то чудом будут идти варяги, – они придут мне на помощь. Но это не значит, что вся варяжья ЧВК “Ободрит” прибежит помогать мне улаживать частную историю, в которую я вписался. Вы сказали, что пробовали нанять “Ободрит” среди прочих, – и вам отказали. Значит то что я варяг, не имеет ровно никакого значения.
- Ладно. А если не как варяг, а как частное лицо?
Я скептически поморщился:
- Честно говоря, влезать в это дело нет никакого желания. Очень уж велики шансы выйти из него в пластиковом мешке... Сколько?
К чести хозяина дома, он не стал переспрашивать и задавать глупых вопросов, – а назвал сумму. Говорят, воинам не пристало торговаться. Не знаю кто сказал эту глупость. Наемные мечи испокон веку всегда торгуются и набивают себе цену. Я не был исключением...
Только в этот раз долго поторговаться мне не удалось. Я успел только один раз отрицательно качнуть головой, и инициативу перехватила бабуля, назвав новую сумму. Крепко их допекло, если она так размахнулась. Впрочем, раз внучки позволяют себе золоченые пистолеты... Она назвала сумму. Это как сказал один старый советский писатель-романтик был “выстрел из чековой книжки”. И если он не убил меня навылет, то уж по крайней мере крепко зацепил. Глупо было отказываться от таких денег. Особенно в моих обстоятельствах, когда заказов не было довольно давно. Я прямо зримо увидел как мой полузатопленный “финансовый корабль” (не будем из уважения к себе обзывать его корытом) распрямил шпангоуты, залатал дыры в обшивке, украсился новыми стройными мачтами и белоснежными парусами, и гордо поплыл по морю жизни к островам мечты...
Ну это если ночной не отрежет мне голову.
Я вздохнул.
- Вы должны четко понимать, что даже за эти деньги я не полезу в лес искать тварь. Да и бесполезно это, если войду в лес, – скорее всего там и останусь. Единственный вариант, – снова выманить тварь сюда.
- Так вы беретесь? – Уточнил Василий.
- Берусь. Но на условиях, которые сейчас рассказываю. В настоящее время вся инициатива у вашего противника. Он знает где и когда нанесет удар, а вы только ждете – это верный путь к проигрышу. Значит надо сделать так, чтобы вы... мы знали куда придет тварь, и смогли приготовить ей засаду.
- А как это сделать? – Спросил Петр.
- Надо сузить противнику пространство для маневра. Вы сказали, что после того как убрались восвояси “соколы”, а работники объявили забастовку, тварь все равно убила двух человек. Это значит, что её не удовлетворяет простая блокада вашей деятельности. Она охотится. По приказу, или для своего удовольствия – вопрос вторичный. Значит скорее всего она снова придет убивать. Проблема в том, что прийти она может куда угодно. Хоть к вашим работникам, хоть сюда. Надо резко уменьшить количество потенциальных целей для твари. И находиться эти люди должна там, где нам нужно. Тогда и тварь придет туда, куда нам нужно. И мы её там завалим.
- А как это сделать? – Спросил Василий.
- У вас же работники периодически в город летают отдыхать?
Он кивнул.
- Сколько у вас постоянных работников.
- Тридцать пять человек. – Он помрачнел. – теперь.
- Так мало? – удивился я.
- Автоматизация. Не было бы столько теплиц, – еще меньше бы было.
- Так а дома что я сверху видел?
- Это в основном бараки для сезонных рабочих. Их нет сейчас...
- Ага... Ну так вот вызывайте пассажирский вертолет, и нафиг всех отсюда, в город, в самую дешёвую гостиницу.
- И сколько им там сидеть? – Заострился Петр.
- Столько сколько нужно, чтобы здесь подловить тварь. Или... чтоб стало ясно, что возвращаться им не следует.
Петр вздохнул, громко так, прям бычок молодой. Он вздохнул, а Василий озвучил:
- Это ж какие деньжищи.
- Знаете, был в свое время на Руси царь такой, – Александр третий. – Сказал я Василию. – Чтоб стране не отставать от других держав пришлось в какой-то момент перевооружаться на новую винтовку, её потом Мосинкой назвали... Так вот Александр Третий когда прочитал смету на перевооружение, оставил на ней такую резолюцию: “Сумма ужасающая, но делать нечего, приступать надо”. Прямо как для вас сказал, а?
По комнате прошелестел еще один скорбный вздох.
- Ничего, – сказала со своего места старушка. – Не дороже жизни. Порастрясём жирок...
- Да и еще, – Уточнил я. – один я все равно не справлюсь. Нужны помощники. Несколько толковых ребят, которые готовы рискнуть. Жизнью.
- Я сам останусь, – веско сказал Василий.
- И я, – баском поддакнул Петр.
- Ты нет. – Осадил Василий.
- Чегой-то? – Взвился Петр.
- Потому что у меня Машка и сын. – (ага, вот кто такая Машка подметил я) – А если ты умрешь то получится что никого после себя не успел оставить.
- Ну так ты и уезжай, – буркнул Петр. – А то помрешь ненароком, оставишь Борьку своего сиротой, Машку одну. Тьфу-тьфу... А мне как раз бояться нечего.
- Вот, – тыкнул перстом в младшего Василий, – ты за ними если что и присмотришь.
- А чего это, женился ты, а присматривай, если что, – я? – Хмыкнул Петр.
