Он поднялся и пристально посмотрел на горизонт. Кажется, он что-то заметил вдалеке. Его лицо расплылось в довольной ухмылке.
— Ага, Аполлон, твоя свита уже в пути.
Я проследил за его взглядом. Двигаясь вниз по спирали, из-за облаков показалось крупное крылатое существо, отливавшее ослепительным бронзовым светом. На его спине сидели две человеческие фигуры.
Они спустились бесшумно, однако в моем мозгу радостные фанфары вальдезинатора возвестили хорошие новости. Лео вернулся.
Хочешь бить Лео?
Это вполне понятно
Мачо заслужил
КАЖДЫЙ ПОЛУКРОВКА ДОЛЖЕН БЫЛ ВЗЯТЬ НОМЕРОК.
Нико присвоил себе автомат выдачи номерков из закусочной и теперь таскал его повсюду, вопя:
«Очередь начинается слева! Ребята, избегайте давки!»
— Вам делать больше нечего? — спросил Лео.
— Да, — сказала Миранда Гардинер, которая забрала номер 1.
Она ударила Лео по руке.
— Ай, — сказал Лео.
— Ты придурок, и мы все тебя ненавидим, — сказала Миранда.
А затем обняла его и чмокнула в щёку.
— Но, если ты ещё раз попробуешь вот так исчезнуть, мы выстроимся в очередь, чтобы тебя убить.
— Ладно, ладно!
Миранде пришлось отойти, потому что за ней собралась достаточно длинная очередь. Перси и я сидели за столом для пикника с Лео и его компаньонкой, которой являлась не кто иная, как бессмертная чародейка Калипсо. И хотя Лео предстояло получить по тумаку от каждого жителя лагеря, я был уверен, что он чувствовал себя комфортнее всех за столом.
Когда Перси и Калипсо увиделись, они неуклюже обнялись. Я не видел столь напряжённого приветствия с тех самых пор, когда Патрокл встретил военный приз Ахиллеса, Брисеиду. (Долгая история. Сочные сплетни. Спросите попозже). Я никогда не нравился Калипсо, поэтому она демонстративно меня игнорировала, но я всё ждал того момента, когда она повернётся ко мне, крикнет: «БУ!» и превратит в древесную лягушку. Ожидание меня убивало.
Перси обнял Лео и даже его не ударил. Однако сын Посейдона выглядел рассерженным.
— Поверить не могу, — сказал он. — Шесть месяцев…
— Я же сказал, — сказал Лео. — Мы пытались послать еще свитков с голограммами. Мы испробовали почту Ириды, звонки по телефону, пытались являться во снах. Ничего не сработало… Ай! Привет, Элис, как дела? Короче, мы терпели одно поражение за другим.
Калипсо кивнула.
— В Албании было особенно трудно.
Из конца очереди Нико ди Анджело крикнул:
— Ни слова об Албании! Так, ребята, кто следующий? В очередь.
Дэмиен Уайт ударил Лео по руке и ушёл, ухмыляясь. Даже не уверен, знал ли Дэмиен Лео. Он просто не смог упустить шанс кого-то ударить.
Лео потёр бицепс.
— Эй, нечестно. Этот чувак встаёт в очередь по второму кругу. Итак, как я и говорил, если бы вчера Фестус не уловил волны того радиомаяка, мы бы так и кружили вокруг, ища выход из Моря Чудовищ.
— О, ненавижу это место, — сказал Перси. — Там этот большой циклоп Полифем…
— Ага, я знаю, — согласился Лео. — Что у этого парня с дыханием?
— Мальчики, — сказала Калипсо, — может, нам стоит сосредоточиться на настоящем?
Она не смотрела на меня, но у меня было такое впечатление, что она подразумевает «на этом глупом бывшем боге и его проблемах».
— Да, — сказал Перси. — Так, проблемы со связью… Рэйчел Дэр думает, что это как-то связано с одной компанией, Триумвиратом.
Сама Рэйчел ушла в Большой Дом, чтобы привести Хирона, но Перси рассудительно изложил все, что ей удалось разузнать об императоре и его зловещей корпорации. Конечно, мы располагали небольшой информацией. За время рассказа Перси больше шести человек двинули Лео в руку.
Лео потёр новоиспечённые ушибы.
— Чёрт, почему меня не удивляет тот факт, что современными корпорациями управляют римские императоры-зомби?
— Они не зомби, — сказал я. — Не уверен, стоят ли они во главе всех корпораций…
Лео проигнорировал моё объяснение.
— Но они пытаются подчинить себе Оракулов.
— Да, — согласился я.
— И это плохо.
— Даже не представляешь насколько.
— Итак, тебе нужна наша помощь… Ай! Привет, Шерман. Где ты заработал новый шрам, приятель?
Пока Шерман рассказывал историю о Пахопинательнице МакКэффри и Персиковом Духе — Ребенке, я бросал взгляды на Калипсо.
Она была не такой, какой я её запомнил. Её волосы карамельно-каштанового цвета были всё такими же длинными, а миндалевидные глаза — темными и умными. Но теперь вместо хитона она была одета в современные джинсы, белую блузку и лыжную куртку ядерно-розового цвета. Она выглядела моложе… примерно моего смертного возраста. Интересно, отобрали ли у неё бессмертие в наказание за то, что она покинула свой зачарованный остров? Если так, то нечестно, что она сохранила свою неземную красоту. У неё не было ни лишнего веса, ни акне.
Пока я наблюдал, она протянула два пальца к противоположному краю стола, где в солнечных лучах стоял запотевший кувшин с лимонадом. Я и раньше видел, как она приказывала своим невидимым воздушным слугам принести какую-то вещь прямо ей в руки. Но на сей раз ничего не произошло.
На её лице промелькнула тень разочарования. Затем она поняла, что я на неё смотрю. Её щёки порозовели.
