Затерянное племя ситхов полностью

Эделл удивленно замолчал, увидев трубы на ближайшей крыше. Вой прекратился. Заинтересовавшись, он попытался подтащить Куарру поближе, но оказался в толпе кешири, молодых и старых, высыпавших на улицу. Большинство в форме, похожей на ту, что он видел во время пути, но не все. Некоторые были одеты довольно празднично, в яркие цвета. Кешири двинулись по проспекту, болтая и смеясь. На секунду ему показалось, что это люди…

– Вот он! – закричала Куарра, сдернув с Эделла капюшон.

Высший повелитель ошеломленно замер, пока все кешири вокруг поворачивались к нему. Рука потянулась к оружию, прикрепленному к тунике под плащом. Но когда он уже практически ухватил рукоять, толпа засмеялась.

Они хохотали. Кружа вокруг, они гикали и улюлюкали, указывая на беззащитную физиономию чужака – бледную, розоватую. Куарра нанесла немного самодельной краски на лицо Эделла, не скрытое очками, добавив черные полосы, призванные придать ему угрожающий вид. Сейчас, сорвав плащ, она стянула его вниз, выставляя на обозрение тунику и меч.

– Он великолепен! – крикнули из толпы. – Посмотрите, какого он цвета!

– У него даже есть световой меч!

Восторженные восклицания все чаще раздавались в толпе, но вскоре сменились насмешками. Обращенными не только к нему. Эделл, сбитый с толку, смотрел, как на улице появились одетые в черное кешири, их лица были окрашены в различные цвета; только сиреневых оттенков не встречалось.

Толпа обезумела:

– Ситхи! Ситхи!

Ряженые побежали к темной площади, где был установлен большой помост. У подгоняемого толпой Эделла не было выбора – он последовал за ними. И был ослеплен, когда наверху вспыхнул свет. Это зажглись огромные шары, установленные на мощных опорах. Они ярко горели благодаря какой-то люминесцентной субстанции, отраженной и усиленной в десятки раз. Сразу же осветилась вся Керебба.

«Огни, – думал Эделл, глядя вверх. – Корсин видел землю в огнях».

Он огляделся, сообразив, что потерял Куарру. Но нет, она была здесь, пробиралась к нему, самодовольно улыбаясь. Между тем кешири карабкались на помост, что-то затевая.

– Так вот почему они называли меня исполнителем. – Он взглянул на женщину. – Я туда не собираюсь.

– Тебе не обязательно, – махнула она рукой. «Ситхи» были и среди толпы; они рычали на гуляющих, а возбужденная, одетая в форму ребятня их освистывала. – Просто будь таким же противным, как и всегда.

Кешири поднимали на помост реквизит. Скалы. Раскрашенные волны. Большой парусный корабль. К ним присоединились двое в костюмах уваков.

– Вы вроде как находитесь в осаде, – произнес Эделл. – Но при этом устраиваете представления?

– Здесь и в каждом городе Аланциара. Это Ритуальный день. Его нельзя отменить из-за вашего вторжения. – Куарра надулась от гордости. – Особенно из-за этого.

– Это мне и в голову не приходило, – признался Эделл.

Кешири Кешты ставили сложные пьесы, одевались в роскошные одежды и выступали в мраморных залах. Меценаты не переводились, ведь театр использовали для пропаганды. Столичные труппы были на высоте, даже когда все вокруг пришло в упадок. Выступления прервались только во время беспорядков четверть века назад. Театр стал важной частью Реконструкции, распространяя вести о том, что обнаружил Хилтс в горном Храме. Но этот уличный театрик на помосте казался дилетантским, а такие костюмы были неприемлемы для Тава.

Эделл уже готов был все это озвучить, когда на помосте внезапно закачался игрушечный корабль, – изображали шторм. Фальшивые скалы преградили кораблику путь, и из-за них появилась женщина-кешири. Зрители зааплодировали. Она была одета в кожаную броню, а в руке держала светящийся стеклянный жезл, увенчанный сияющим шариком, – миниатюрная версия огней над площадью. Трясущийся корабль внезапно замер, его задняя часть упала на помост, открыв актеров, одетых так же, как команда «Невезения». Посмотрев на жезл, они съежились. Толпа примолкла.

– Я – Адари Вааль, и я – Рок Кеша!

– Адари! – Эделл не успел вовремя закрыть рот.

Кешири, стоящие рядом, повернулись к нему. Он замер, поймав сердитый взгляд Куарры. Эделл смолк и все внимание обратил на помост. Он спрашивал себя, правильно ли он расслышал.

С помоста прозвучал ответ:

– Я – Адари, Рок и Вестник. Спасительница и Потерянная Дочь. Союзник Сияющего Тоша, легендарного крылатого носителя милосердия, – декламировала актриса, исполняющая роль Адари. – Унесенная от дальних берегов, я вышла из океана с вестями страшными и удивительными. Я – Рок, восставший из моря, и я расскажу вам о грядущем потопе!

Эделл уставился на помост. Адари Вааль. Наперсница Яру Корсина. Или его игрушка – смотря кому верить. Женщина, которая пыталась поднять восстание кешири и нашла свою смерть в океане. Он осмотрелся. Зрители, казалось, слышали это и раньше. Некоторые беззвучно проговаривали слова вслед за актрисой.

– Народ Аланциара, за вашим горизонтом есть враги. Вы не видите их – ваши парусники не смогут доплыть до тех далеких берегов. Вы не слышите их, но они говорят о своем зле опасным шепотом, и слова их разносит ветер.