Затерянное племя ситхов полностью

Он махнул ей, чтобы она следовала за ним. Куарра не сразу поняла, что он имеет в виду. Смущенная направлением собственных мыслей, она последовала за ним вверх по винтовой лестнице на сигнальную башню. Куарра тряхнула головой, задумавшись о своей психической устойчивости: «Я не могу в тридцать быть такой, как в четырнадцать! Откуда такое волнение?»

– Вот тут и творится волшебство, – сказал Йоган, помогая ей взобраться в маячную комнату. – Так, что у нас здесь?

Точно за дверью, обращенной на запад, на деревянной опоре размещались цилиндры разных размеров. Они состояли из нескольких сланцевых колес, посаженных на центральный штифт, с контурами, разделяющими окружность каждого колеса на равные части. Йоган выбрал один из цилиндров среднего размера и вставил его поперек держателя на верстаке. Раздался щелчок. Быстро – сказывался опыт – он набросал послание в контурах, идущих поперек цилиндра – по одному символу в каждом отделении, – вращая барабан, когда добирался до конца каждого контура. Закончив, он вытянул из цилиндра небольшой блокирующий стержень, надписанные колеса свободно прокрутились. Сбросив положение колес наугад, он вернул блокирующий стержень и записал десятизначный номер нового положения барабана.

– Тут будет короткий код, – пояснил Йоган.

Выдернув цилиндр из держателя, он вышел на восточный балкон. На парапете был установлен каркас, поддерживающий массивную систему огненных сфер. Все, кроме одной, повернуты внутрь – неактивное положение.

– Пожалуй, лучше тебе прикрыть глаза, – предложил он.

Куарра остановилась в дверях, наблюдая за работой Йогана. Он запустил вращение, и система, сверкая, ожила. Блеснул один оранжевый огонек, затем другой, посылая свет далеко на восток, в сгущающуюся тьму. После первого сигнала руки Йогана заметались от одной заслонки к другой, открывая и закрывая огни – белые, золотые, оранжевые, зеленые. Когда-то она учила, что они означают, – это была часть базовой подготовки. Но только профессионал мог посылать сигналы так же быстро, как опытный аланциарский связист. Около пяти минут ушло у Йогана на передачу адресного кода, а после он приступил непосредственно к сообщению.

– А ты хорош.

– Практика, – отозвался он, изредка поглядывая на цилиндры с шифрованным текстом. – Многовато мороки для того, чтобы просто сообщить: Белмер Кеттан неделю будет спать на полу таверны, прибыл его сменщик.

– Ты не упоминал мое имя?

– Ни к чему, – улыбнулся Йоган, а его руки продолжали работу. – Ты просто еще один безымянный боец Великой цели.

«На этих выходных наши „великие цели“ могут разниться», – подумала Куарра, понадеявшись, что в этих огнях ее румянец не слишком заметен.

Отвернувшись от резких вспышек, она разглядывала пустую комнату. С учетом наблюдателей, сигнальщиков и фонотипистов штат большинства материковых сигнальных станций насчитывал не менее четырех работников. А многих, передававших сигналы в нескольких направлениях, и того больше. Начиналось это с системы предупреждения, а стало информационным хребтом государства. По сети передавалось все: от прогноза погоды до обновлений оперативных данных флота. Шли десятилетия, враг так и не появился, и многие начальники стали использовать сигнальную сеть для передачи личных сообщений – как они с Йоганом. Сеть была одним из величайших достижений современности, но нагрузка на нее все возрастала, и Куарра ожидала, что Военный кабинет прикроет отправку личных сообщений в любую минуту.

«Ладно, – подумала она. – Сейчас-то я здесь».

– Где работает мыслевестник? – спросила она.

– Иногда здесь. Иногда на балконе или во дворе, – ответил Йоган, вернувшись. Передача сообщения завершилась, он начисто протер цилиндры влажной тряпкой. – Внизу есть уединенная комната для медитации, но это, кажется, для таких, как ты, значения не имеет.

– Верно. – Она вспомнила. – Ты не можешь использовать Силу.

– Меня вполне устраивает мой способ передачи посланий. – Он указал на дверь. – Закат?

Вот так Куарра оказалась на западном балконе, высоко над шумящим прибоем. Ее жизнь сейчас шла сама по себе. Сознательных решений она больше не принимала. Снаружи, как и обещалось, между низкими облаками и горизонтом полыхало оранжевое солнце.

– Коралловые отмели на юге еще красивее. У нас есть весельная лодка – увидишь утром. – Йоган появился рядом с бутылкой и стаканом. – Из тайника Белмера. – Он налил Куарре. – Прости, стакан всего один. Белмер пьет из бутылки, – подмигнул он и сам сделал глоток.

– Так вот чем вы тут занимаетесь, парни, – произнесла она. – Вы просто сидите здесь круглый год, пьете…

– И переписываемся с замужними женщинами.

– …пьете и переписываетесь с замужними женщинами, пока Великий враг таится под водой. – Она сделала маленький глоток и улыбнулась. – Знаешь, а я ведь военный комендант. Могу и рапорт написать.

– Положусь на свою удачу.

Солнце поблекло, и облаков уже не было видно. Поднялся ветер, и Куарра бочком подошла ближе к перилам, где он пил.

– Ты никогда не был женат?

– Нет, и ты это знаешь. Мы выяснили это во втором письме.