И уличный герой опять-таки чуть ли не в сотый раз снимал повязку с лица и показывал приставу «место происшествия» – по выражению мистера Васптонга.
Остряк еще раз посмотрел на сильно пострадавший нос клиента и воскликнул:
– Превосходно! Превосходно! Ха-ха-ха! Место происшествия просто прелестно, и пари на что угодно, хоть на сто тысяч долларов, что оно стоит не менее двадцати тысяч золотой монетой!
– Кто же мне заплатит эти двадцать тысяч? – недоумевал его клиент.
– Да те же китайцы, черт возьми! Свидетели у вас есть?
– Есть, как же!
– И много их?
– Много!
– И вы можете назвать их по именам?
– Конечно, могу!
– Превосходно, превосходно! Ха-ха-ха! Готовьтесь к процессу, к веселому процессу! Ха-ха-ха! Да представьте мне сегодня же медицинское свидетельство какого-нибудь врача о том, что ваш нос совершенно негоден к дальнейшему употреблению. Ха-ха-ха!
С этим Тернбулл ушел от следственного пристава, обнадеженный насчет казуса, но не совсем довольный манерой обращения с ним жреца правосудия. «Так ли ты хохотал бы, чертов толстяк, – думал он, – если бы подобное же „место происшествия“ оказалось на твоей выхоленной, веселой физиономии?
А мистер Васптонг, оставшись один, засел за составление судейской закорючки, которая через полчаса была готова и содержала следующее:
