- Так! - принялась командовать Настя. - Я иду наверх, беру коляску, набиваю ее смесями, памперсами и прочим. Саша, ты на этом этаже в зоомагазин, в корейскую косметику и в аптеку, набери там побольше прокладок и всего такого. Ну и лекарства не забудь. Разберешься, в общем, не первый год женат. Дима, ты вниз. Там продуктовые. По максимуму консерв, макарон, круп, специй. Окей? И, Саш, сначала сходи с Димой, тележки возьми. Что наберешь - сюда свози, к выходу, потом погрузим и поедем. И ко мне потом поднимайся - Диме долго таскать, а ты мне поможешь.
Спустя полчаса мы погрузились в машину, кое-как закрыли багажник и поехали домой. Разгрузились, после чего сделали еще три ходки, пополняя наши запасы продовольствия и обеспечивая всем малыша, наверное, на полгода вперед. И вот когда мы делали четвертую, возле входа на наш осколок нас уже ждал знакомый мужик на обваренном металлом туареге.
- Добрый день гостям города! От и...
- Мы с Машмета, ващет. - Дима с присвистом сплюнул между зубов.
- Э-э-э... С ним проблема.
- А чо так? - Дима вставил руки в карманы и немного сгорбился, походя на какого-то совсем уж упоротого гопника в этой броне и с алебардой.
- Так нету левого берега...
- А вот с этого момента поподробней. - влез уже я.
- Ну, вы если местные, то, наверное, поймете. Все мосты разрушены примерно по середине. За ними - туман. С запада - Дон, с востока - Воронеж. На юге есть земля до их слияния. На севере до первой ОКБ, дальше, за территорией больницы - туман. Получается кусок где-то двенадцать на двадцать четыре километра. Вот. И сюда перенеслась большая часть города. Получается, тысяч шестьсот человек. Правда, к текущему моменту, осталась, дай Бог, десятая часть... Скорее, даже двадцатая.
- Пойдем, Володя, пообщаемся. Ставь машину, мы ее не тронем. - я взял его за плечо и повел за собой в сторону участка.
- Да я не переживаю за машину. Мне бы своим весточку подать.
- О, а ты откуда?
- С агрокомплекса. Теплицы на юге. Только сразу предупреждаю - у нас оружия дофига, если замышляете чего - порвем!
- Да не-не, ты чего, какой замышляем! - говорил я с ним мягким голосом. - Мы вам, может, обмен предложим или еще чего. Ты вот мне сейчас расскажешь, как у вас тут дела, а потом в гости поедем, всё по честному. Самогон будешь?
- Нет, у нас сухой закон!
- Ну и ладно. Ты кушай, кушай, угощаем. Сейчас чайку наведут! Ты мне расскажи, ты почему нервный такой был при нашей первой встрече?
- Ну, еду я, в город смотался за запчастями для техники, у нас с этим проблемка... попутно еще в аптеку заскочил. А тут вижу, впереди какая-то хрень. И сзади туман. И вы двое тусуетесь, как на прогулке. А у нас так нельзя, у нас зазеваешься - смерть!
- Да ты что... продолжай, прошу. - вставил я.
- В общем, решил я вас спасти, а вы... дурные какие-то. Еще и пьяные. Но я издалека видел, что вы сделали. И такие бойцы нам нужны.
- Это всё хорошо, конечно, но ты мне про город расскажи. Что у вас такого случилось?
- Так месяц назад... больше уже даже. Так вот. Когда туман это появился, у нас чертовщина полная началась. Вся домашняя живность, что в частном секторе и в деревнях была, мутировала и начала людей жрать. И голуби все, крысы, даже чертовы белки в парках. А мы на острове! Вода кругом. А где не вода - там туман! И за водой туман. Деваться некуда. Так еще и с кладбищ всякое дерьмо поперло! Те, кто на кладбищах повставал, они больше в центре города сейчас. На окраинах и в частном секторе - звери-мутанты. Если посередке - то еще более-менее безопасно, но только из лесов постоянно вот такие вот твари прут в количестве, в котором их никогда не было. И каждая из этих групп может собраться толпой и пойти куда угодно. В любом направлении. Мы в таком случае говорим, что орда кочует. И толком не спрятаться нигде - в подвале крысы, на крыше голуби, на улице все и сразу. Народ выживает, как может. Я знаю, что на Гото Предестинации народ устроился нормально. У них все слабаки на Петровском острове сидят, а они сами бьются - к ним мертвяки время от времени ходят. Ну и вылазки делают в город за продуктами. В целом, там, где дома новые и высокие, там получше - там и всякой мерзости мало, и двери у всех крепкие стояли. Люди держатся. Что на севере - почти не известно. А, точно, еще есть гаражные кооперативы. Там сейчас собак немеряно и район тоже под запретом. В общем, получается, что сейчас в городе осталось не больше шестидесяти тысяч человек. Но не меньше двадцати, потому как только у нас в Тенистом - десять тысяч.
- Много, так-то, народу. - заметил Дима. - К нам на ковчег все не влезут.
- А мы им нужны, чтобы они влезали? - фыркнул я. - Жратвы в городе навалом, вон, даже производственные мощности есть. Уж двадцать тысяч человек не помрут точно.
