— Никто не называет тебя эгоисткой, — твердо сказал Питер. — Элейн, как и я, полагает, что пока твое состояние не улучшится, тебе следует позволить нам решать за тебя. Это в твоих интересах, дорогая.
— Знаю, — Шеннон еще раз прочла записку Джона.
День или два… значит, он вернется не раньше двадцать первого мая, но, скорее всего, двадцать пятого, в день, который она назвала «Днем паники». Она была бы довольна, вернись он к тому времени, но первого июня? Могла ли она предоставить судьбе столько времени на возможные ошибки?
— Со мной все в порядке, — печально улыбнулась Шеннон, — извините, я так расстроилась. Пожалуй, пойду прогуляюсь. Вернусь к ужину.
— Мне кажется, не стоит делать этого, — поспешно сказал Питер.
— Как? Почему? О! Я возьму с собой Принца.
— Если ты подождешь пару минут, я закончу проверять счета и прогуляюсь с тобой.
— Вряд ли в этом есть необходимость, — взгляд Шеннон стал необычайно холоден. — Вы хотите сказать, что мне нельзя пойти на прогулку без сопровождения?
— Предпочел бы, чтобы ты не ходила одна.
— Шеннон не пленница, Питер, — Мередит встала напротив отчима. — Ты обращаешься со мной подобным образом, потому что ты — мой опекун. Шеннон взрослая женщина, и если ей хочется на прогулку, она пойдет.
— Мередит Катлер, — голос Элейн стал строг и сух. — Иди в свою комнату.
— Не пойду! — в глазах девушки горела решительность. — Вы запрещаете мне встречаться с друзьями, Гастоном, которого я люблю! Мы здесь, словно заключенные…
— Замолчите, юная леди!
— Шеннон, защищай свои права! Они тебе не опекуны!
Шеннон смотрела Питеру прямо в глаза.
— Я хочу знать, вольна ли я поступать, как хочу. Обещаю, что не убегу. Мне хочется прогуляться одной и подумать. Вспомнить Джона.
— Ты можешь вспоминать о нем и в своей комнате, — Питер поморщился. — Я обещал Джону, что не позволю тебе отправиться за ним вслед.
— А я даю слово… — Шеннон криво усмехнулась. — Впрочем, мое слово ничего не значит для вас. Вы это хотели сказать?
— Если бы ты была в здравом уме, дорогая, — проворковала Элейн, — все было бы по-другому.
— Понятно. Прошу извинить меня. Я иду в свою комнату.
— Тебе не обязательно сидеть там целый день… И Питер сходит с тобой на прогулку.
— Спасибо, не надо. Мне неплохо и в моей комнате.
— Тогда встретимся за обедом.
— Нет, — Шеннон резко повернулась и бросилась в свою комнату. Она понимала их положение.
Джон просил присматривать за ней. Он помнил о побеге из саскуэханнокской деревни. Возможно, они правы, что не доверяют ей. Однако чувство клаустрофобии, дурное предчувствие и беспомощность были нестерпимы. Вернется Джон и это недоразумение забудется, или…
Или он не приедет вовремя.
— Нечестно! — сетовала Мередит спустя несколько часов, услыхав план Шеннон. — Почему ты не хочешь, чтобы я попросила Гастона? Он такой умный! Он поможет тебе бежать.
— Он ненадежен. Извини, Мерри, но это правда. Я желаю вам счастья, но довериться Гастону не могу. Мне нужен Бен Шиллер. Он предан Джону. У него умная голова. Пригласи его на обед.
— Не могу.
— Нет, можешь, — настаивала Шеннон.
— Если Гастон узнает…
— Ты все расскажешь Гастону, после того, как Бен поможет мне. Можешь даже представить его героем. Пусть он первым обнаружит, что я пропала.
Мередит предложение понравилось.
— Думаю, это лучше, чем ничего. Боюсь, только, маме покажется подозрительным, если я попрошу пригласить на обед Бена Шиллера.
— Она будет в восторге и ничего не заметит. Мама поймет, что ты ничего против него не имеешь и даешь шанс Бену, пусть даже любишь Гастона.
— Мне нравится твой план. Но мне надоело все время слышать, что Бен Шиллер будет хорошим мужем, станет заботиться обо мне всю мою жизнь, — девушка крепко обняла Шеннон. — Ты не забыла о своем обещании? Я помогу тебе, ты поможешь нам с Гастоном, когда мы объявим об обручении. Договорились?
— Помогу, если буду здесь, — Шеннон лгала.
Она была уверена, что уйдет далеко от них. На расстояние в триста лет.
В первую встречу, Бен Шиллер очаровал Шеннон. Этим вечером он поразил ее. Элейн и Питер явно сожалели о разладе с Шеннон, но радовались перемене отношения дочери к избранному ими претенденту на ее руку. Бен, не подозревавший о коварстве девушек, был околдован любезностью Мередит.
Снова вспомнился роман с Колином. Тогда Шеннон совсем забыла об остальных представителях мужской половины населения Земли, и, особенно, о мальчиках из своего класса. Возможно, хоть один из них напоминал Бена. Был косноязычен, неловким, робко бродил незамеченным вокруг нее. А она мечтала о придуманном идеальном герое.
Мередит повезло. У нее был выбор. Речистый фанатик, льстящий и возбуждающий ее… или честный молодой джентльмен, который утешит ее, если роман окажется неудачным, как у нее с Колином.
После обеда Шеннон, играя роль компаньонки юной девушки, отправилась с молодыми людьми в гостиную. Мередит следила за родителями, чтобы предупредить невесту брата, когда Элейн и Питер захотят присоединиться к ним.
— Бен, извините меня за смелость, — осторожно начала разговор Шеннон. — Могу я попросить вас оказать мне любезность?
Юноша застенчиво улыбнулся.
