Мысленно похвалив ее, Давид тихо пошел вперед, под укрытие вагона, чувствуя натяжение импровизированной сцепки с девушкой. Эльза не отставала ни на шаг. Нащупав холодный металл отбойника, Давид присел за ним, высунул автомат и сделал три одиночных выстрела.
Следом послышалась очередь. Вооружен противник был какой-то кустарной трещоткой, выдававшей его с головой. О разбросе производимых ею выстрелов можно было только догадываться. Давид почувствовал себя заметно лучше.
Скоро он ощутил лицо Эльзы у своей щеки.
– Смещаемся вдоль правого борта, – сказала девушка. – Я веду.
Кофта натянулась – и Давид позволил увести себя мимо заднего правого угла вагона в узкое пространство между бортом и сложенными трубами под дырявым целлофаном, воняющим керосином. Эльза залезла на трубы, оказалась вровень с крышей вагона, взяла Давида за руку и положила его ладонь на выступ пустовавшего окна.
Давид, стараясь производить как можно меньше шума, передал девушке автомат. Забрался на проем, уперся в него коленом, получив удобный ракурс.
– Я отвлеку его и пущу короткий луч, – сказала Эльза, возвращая ему калашников. – Лови момент.
– Ловлю, – шепнул Давид.
Он почувствовал, как кофта отвязалась. Эльза растворилась в потемках. Давид поискал на краю крыши упор для автомата и не нашел ничего подходящего. Придется держать оружие почти целиком на весу, но хотя бы есть куда положить левый локоть.
Ждать пришлось недолго. Послышался намеренный скрежет – Эльза проводила рукояткой оружия по чему-то металлическому. Затем раздался выстрел из револьвера, и сразу же загорелся узкий луч, осветивший крышу депо.
До нее было добрых пятнадцать метров. В пятне света показалась прикрепленная к крыше будка, от которой вдаль шел узкий мостик. Мелькнуло бородатое лицо, и Эльза тут же выключила фонарь.
Давид нацелился, открыл огонь одиночными. Эльза вернула луч, ловя цель, убегавшую по мостику. Давид рывком перетянул себя на крышу, распластался, принял снайперскую стойку – и попал беглецу в ногу. Тот вскрикнул, выронил оружие, и в следующий момент луч Эльзы сопроводил его падение с моста до земли.
Давид сразу врубил на полную собственный мощный фонарь. Пробежал по крыше вагона, больше не пытаясь соблюдать тишину, прыгнул на следующую. Посветил на распростертое тело бородача, к которому уже подбегала Эльза с полуопущенным револьвером. Сполз с крыши, осветил фонарем депо. Пусто и тихо.
– Кто ты? – спросил Давид у противника.
Тот кашлял, пуская кровавые пузыри. Было ясно, что долго не протянет.
– Отвалите… – произнес он хрипло. – Я уже все…
– Эльза, есть любой стимулятор? – спросил Давид. – Адреналин? Анестезия?
– Нет, – ответила девушка. – Может, у него есть…
Она быстро обыскала бородача, стараясь двигать его как можно меньше.
– Пусто, – сказала она.
– Альбина… – проговорил бородач. – Надо помнить…
Ни Эльза, ни Давид не перебивали бородача. Но тот прикрыл глаза и умолк навсегда.
– Реанимировать? – спросила Эльза. – Попробуем?
– Нет. – Давид отстранил девушку. – Оставь его.
– Ты пытался не убивать?
– Да, пытался. Он упал. Мне надо было заставить его сдаться?
– Наверное, нет, – ответила девушка и поняла, что смерть ее совсем не пугает. Куда больше тревожила мысль, что она не помнит момент, начиная с которого смерть перестала ее пугать.
– Давай я проверю его, – сказал Давид, кладя автомат рядом. – Последи за местностью.
Эльза молчала, отвернувшись в дальний конец депо, пока Давид обыскивал бородача.
– Паспорта Креста нет, – сказал он. – Даже не удивлен.
– Кто он был?
– Я не знаю, но… что это?
Эльза повернулась к Давиду, который светил на развернутую карту.
– Что такое? – Эльза подобралась ближе, посмотрела на широкий лист бумаги, испещренный пометками. – Дай мне. Я лучше разбираюсь… о!
– Вот и я о том же, – сказал Давид.
Перед ними оказалась знакомая с детства каждому жителю метро карта киевского метрополитена. Станции, столица, пунктиры переходов, обозначения выходов для сталкеров и даже такая редкость, как координаты спуска на Осокорки сверху – место, которым пользовались «Птицы». А еще там было…
– Не может быть, – прошептала Эльза.
– Оказывается, может, – пробормотал Давид. – Давно я не видел карты с добавленной Красной линией, а чтобы на ней были места спуска – и вовсе никогда.
Ион убедился, до чего это нелегкое дело – тащить невменяемого человека на себе, когда у обоих на плече висит по автомату. Рев веспертила, казалось, раздавался со всех сторон сразу, проникая сквозь маски и заставляя головы вибрировать изнутри. Или то были последствия активности торсионной пушки.
– Где вы?! – орал Феникс по радиосвязи. – Я вас не вижу!
– Посигналь, – произнес Ион, стиснув зубы от напряжения.
Через мгновение послышался гул совсем не с той стороны, куда Ион тащил Кондора. Сталкер быстро повернулся, скорректировал направление. К счастью, «Птицы» догадались включить фары – Ион давно забыл об их существовании. Сейчас он не отличил бы грузовик от космического корабля.
Добравшись до его борта, Ион заметил, как с грузовика соскакивают Воробей и Аист, помогая волочь Кондора в кабину.
