– Тем более экономить смысла нет. Давай открою.
Консервы оказались на удивление сытными и даже вкусными.
– Надеюсь, что мы вообще никого не увидим, – пожелала Эльза. – И что дорога эта кончится оазисом с кучей деревьев, как из «Флоры». И мы будем с тобой жить там долго и счастливо, пока… Не знаю, сам придумай.
– Пока батарейки не кончатся.
– Точно, – закивала Эльза. – Слушай, этот туннель на карте не значится. Куда он вообще вести может?
Давид отхлебнул воды, посмотрел на карту.
– Чтобы ответить на этой вопрос, мне нужны три вещи, – сказал он. – Линейка, циркуль и Ион, который умеет ими пользоваться. Он быстро вычислит широту, долготу и азимут.
– Что такое азимут? – спросила Эльза.
– Понятия не имею. Где-то слышал… так вот, если примерно вспомнить все значимые объекты Киева, то мы с тобой находимся сильно справа от них всех, вместе взятых. Крест, Метроград, даже тайники Ольшанского – все осталось на западе от нас. И этот туннель должен скоро кончиться… – Давид всмотрелся, пошевелил губами, – станциями Красной линии. Думаю, Дарницей, или Гидропарком. Потому что если окажется, что туннель идет мимо, то я не понимаю, кто его строил и зачем.
– Ты и так этого не понимаешь.
– Я знаю, что подземку не строят без причины. Оба конца коридора непременно должны куда-то вести, иначе строить нет смысла. Тем более что один конец – это депо. Пусть даже ни разу не пущенное в ход.
– Но ни единого прохода наверх, – напомнила Эльза.
– Может, они и были. Заморозили стройку, перекрыли спуск. Если сильно нужно – пробурили бы снова. Тут как раз тайны никакой нет. Ладно, пошли.
– Когда точка невозврата?
– Часа через два. Это ровно половина от мощности всего нашего света. Если перевалим за нее, но так никуда и не выйдем – разворачиваемся и бежим назад.
Эльза отняла у него карту.
– Предлагаю поступить проще, – сказала она. – Если дойдем до Красной линии и там не будет любого спуска, подъема или перехода – бросаем туннель нафиг и возвращаемся на Вырлицу. Оттуда движемся по туннелю до Осокорок, или даже до метромоста. Выбираемся на поверхность, идем к «Птицам» на поклон и ломимся в Шлюз. Других вариантов нет.
– Очень бы не хотелось, – в сомнении покачал головой Давид. – Но ты права, нет других вариантов, хоть и придется костюмы найти на Харьковской… слушай, не нравится мне что-то этот воздух. Чувствуешь?
– Да, – вымолвила Эльза. – Пыль собирается. Обычная пыль, словно что-то нагоняет воздух в коридор.
– Быть не может, – сказал Давид, освещая стены коридора. – Здесь нет вентиляции.
– Это с севера дует!
– Тише. – Давид прислушался. – Пол вибрирует.
– Не чувствую.
– Наверное, показалось.
– Подожди!
Эльза вытащила револьвер, опустилась к рельсу. Давид в сомнении смотрел, как девушка ложится на рельс, прикладывает к нему дуло револьвера, а рукоятку к зубам. Полежав так полминуты, Эльза встала, но револьвер не убрала – держала в руке и явно была готова встретить мишень.
– Бетховен так музыку слушал, когда оглох, – сказала она. – Тоже в книжке прочитала.
– Кто такой Бетховен?
– Не помню уже. Там точно вибрации, причем ритмичные. Работает механизм.
– Может, дрезина едет?
– Нет, это где-то через стенку, недалеко отсюда. – Эльза хватанула ртом пыль, закашлялась.
– Наденем-ка противогазы, – предложил Давид.
Они быстро нацепили на лица маски, вкрутили фильтры. Было самое время – защита требовалась и глазам. Давид попытался что-нибудь понять по составу пыли, но ничего, кроме ржавчины, не разобрал. Он в который раз пожалел об отсутствии дозиметра. Кроме того, становилось попросту холодно.
– Ищи вдоль стены, – пробубнила Эльза сквозь резину. – Я проверяю правую.
Она принялась осматривать каждый квадратный метр стен в поисках возможного потайного хода. Вибрации стали все ощутимее, теперь к ним добавились звуки. Где-то совсем рядом работало непонятное устройство.
– Эльза! – крикнул сзади Давид. – Кажется, нашел.
Девушка повернулась. Давид стоял перед старой дверью с обычной ручкой, похожей на те, которыми отделялись комнаты в администрации Датаполиса. Впрочем, из-за зеленых разводов на двери ее запросто можно было бы пропустить.
– Открывай, – сказала Эльза.
Давид подергал ручку.
– Заперто, – сказал он. – Ну-ка, дай револьвер.
– Я сама. – Эльза прицелилась, взвела курок и потянула скобу.
Выстрел сломал замок, и Давид окончательно выбил дверь ногой. Держа автомат, он ворвался внутрь, позволяя Эльзе обеспечивать дополнительный свет.
Они оказались в переходном коридоре, метров через шесть которого была еще одна дверь, попроще на вид. На ней висела пожелтевшая от времени схема метрополитена с обведенным пунктом.
Давид подошел, посветил, ткнул пальцем.
– Вот где мы, – сказал он. – Гидропарк. Красная линия.
Он посмотрел на Эльзу вопросительно. Девушка кивнула.
– Значит, заходим, – сказал Давид и повернул ручку. – Здравствуй, дивный новый мир.
