Если уж поведение лорда Джона было несколько странно в эти дни, то что же сказать о Челленджере? Следует отметить, что наш профессор обладал какой-то притягательной силой для индианок, и поэтому ему приходилось всегда носить при себе большую пальмовую ветку, которой он отгонял своих поклонниц, словно мух, когда они уж слишком одолевали его своим вниманием. Представьте же себе, какое это было зрелище! Пожалуй, самое комическое из всех, какие мне довелось видеть в Стране Мепл-Уайта. Выбрасывая носки в стороны, Челленджер шествует с символом власти в руке, а за ним, словно за чернобородым опереточным султаном, тянется свита индейских девушек в одеяниях из тонкого растительного волокна.
Что касается Саммерли, то он был всецело поглощён изучением мира насекомых и пернатых Страны Мепл-Уайта и проводил всё своё время за препарированием добытых экземпляров (если не считать тех часов, которые уходили у него на перебранку с Челленджером, якобы не желавшим выручить нас из трудного положения).
Челленджер повадился исчезать каждое утро и возвращался только среди дня с таким торжественным видом, словно на его плечах лежало тягчайшее бремя ответственности за какое-то чрезвычайно серьёзное дело.
В один прекрасный день, не расставаясь с пальмовой веткой, он повёл нас за собой и открыл нам свои тайные планы.
Мы вышли на небольшую полянку посреди пальмовой рощи и увидели один из тех грязевых гейзеров, о которых я уже говорил. Кругом было разбросано множество ремней, нарезанных из шкур игуанодонов; тут же лежал большой кусок перепончатой плёнки – впоследствии выяснилось, что это не что иное, как выскобленный и высушенный желудок рыбообразной ящерицы. В этой прошитой по краям плёнке было оставлено маленькое отверстие для нескольких отрезков бамбука; противоположные концы их соединялись с глиняными воронками, которые вбирали в себя газ, выделяющийся пузырьками в горячих струях гейзера. Вскоре опавшая плёнка стала медленно вздуваться и проявлять столь явное намерение устремиться ввысь, что Челленджеру пришлось привязать опоясывающие её ремни к деревьям. Через полчаса она превратилась в настоящий воздушный шар, и, судя по тому, как этот шар натягивал ремни и рвался вверх, подъёмная сила его была велика. Челленджер молча смотрел на творение своего гения и самодовольно поглаживал бороду – ни дать ни взять счастливый отец, любующийся своим первенцем.
Затянувшееся молчание прервал Саммерли.
– Неужели вы собираетесь предложить нам подняться на этой штуке? – ледяным тоном спросил он.
– Пока что я собираюсь продемонстрировать перед вами её мощность, дорогой Саммерли, чтобы у вас не было никаких сомнений на этот счёт.
– Тогда советую вам немедленно выбросить из головы этот вздор, – решительно заявил Саммерли. – Вы никакими силами не заставите меня согласиться на такое безумие. Лорд Джон, надеюсь, вы не станете поддерживать эту авантюру?
– Остроумная штука! – сказал наш предводитель. – Любопытно бы посмотреть её в действии.
– Сейчас посмотрите, – сказал Челленджер. – Последние дни я напрягал все силы своего ума, чтобы разрешить задачу, как нам выбраться отсюда. Мы уже убедились, что спуск по отвесным скалам невозможен, а тоннеля больше не существует. Перебросить мост на утёс нам безусловно не удастся. Но что же тогда делать? Я как-то говорил нашему юному другу, что эти гейзеры выделяют водород в свободном состоянии. Отсюда логически вытекала мысль о воздушном шаре. Сознаюсь, что меня несколько смущал вопрос, где достать для него оболочку, но, когда мне попались на глаза колоссальные внутренности здешних пресмыкающихся, я уже ни в чём больше не сомневался. И вот результаты моих трудов.
Он заложил одну руку за борт своей рваной куртки, а другую горделиво протянул вперёд.
Тем временем шар окончательно округлился, и ремни уже еле сдерживали его.
– Бред! Чистейший бред! – фыркнул Саммерли.
Но лорд Джон был в восторге от этой идеи Челленджера.
– Ну и голова у нашего старикана! – шепнул он мне. Потом сказал громко: – А как насчёт корзины?
– Теперь буду думать и о корзине. У меня уже есть кое-какие соображения по этому поводу. А пока я покажу вам, что мой аппарат способен поднять каждого из нас.
– Вы хотите сказать – всех вместе?
– Нет, мы будем спускаться по очереди. Приспособление для подъёма сделать нетрудно. Если мой аппарат выдержит тяжесть одного человека и осторожно опустит его на землю, значит, всё в порядке. Сейчас мы его испробуем.
Он притащил обломок базальта довольно солидных размеров и обвязал его верёвкой – той самой, с помощью которой мы взбирались на пирамидальный утёс. Она была футов в сто длиной и хоть не толстая, но очень крепкая. Потом нам было продемонстрировано нечто вроде кожаного ошейника с длинными стропами. Челленджер водрузил этот ошейник на воздушный шар, собрал в пучок свисающие вниз стропы так, чтобы тяжесть груза распределялась равномерно по всей поверхности, привязал к ним обломок базальта, а конец верёвки намотал себе на руку.
