– Чтобы быть поближе к Хейли, – не раздумывая ответил он.
– Да куда уж еще ближе, – хмыкнула она. – Мы видели ваши утренние фотографии. И давно вы этим занимаетесь?
Я чуть не подавилась апельсиновым соком.
– Что дальше, Лив? – вмешался отец. – Прочтешь ребятам лекцию о защите?
– Думаешь, еще не поздно?
– Послушайте, – сгорая от стыда, выкрикнула я. – Мы ничем таким не занимаемся! Понятно? Эти фотографии были постановочными.
– То есть вы не спите вместе? – уточнила мама.
– Нет!
– Пока нет!
Отец тихо хохотнул, я наступила Бакли на ногу, а мама подлила себе еще вина.
– Эйден, я читала твою страничку в Википедии, и колонка «Личная жизнь» мне совсем не понравилась. Если Хейли нужна тебе лишь в качестве очередной зарубки на ремне, то лучше прямо сейчас выскочи из этого поезда, приятель. Не доезжай до конечной станции.
– Лив права, – откашлялся отец, стараясь как можно суровее сдвинуть брови. – Ты кажешься мне хорошим парнем, не вздумай обидеть мою дочь.
Мама пихнула его в плечо.
– И это все?
– А что еще?
– Расскажи, как с первого выстрела можешь попасть белке в глаз!
– С каких пор папа стреляет по белкам? – удивленно спросила я. – Он ведь даже пойманную рыбу отпускает обратно в реку…
– Хейли, не вмешивайся, – предостерегла мама.
– Оливия, – Эйден отложил столовые приборы и посмотрел моей матери в глаза, – мне очень нравится ваша дочь. Чертовски нравится. Я еще не встречал таких девушек, как она. Я знаю, что моя репутация оставляет желать лучшего, и что вы беспокоитесь за свою дочь, но уверяю вас, я не причиню ей зла.
– А если причинишь…
– То стану белкой, – закончил за нее Бакли, сдерживая улыбку.
– Именно, – мама ткнула в сторону Эйдена ножом и впервые искренне ему улыбнулась.
[1] No pasaran! в переводе с испанского языка означает «Они не пройдут!» Изначально выражение употреблялось как лозунг твердого намерения отстаивать свою политическую позицию и интересы.
После семейного ужина Эйден куда-то пропал. На мои сообщения отвечал туманно, а на звонки – неохотно. Родители своими бесконечными экскурсиями по достопримечательностям Лос-Анджелеса, немного отвлекли меня от дерьмовых мыслей но вечером, на второй день с момента исчезновения Эйдена, я ощутила страшную ломку.
Я отправила родителей на голливудское кладбище, где по субботам показывают фильмы, и решила нагрянуть с соседским визитом к самому Мистеру Непредсказуемость. Подойдя к его двери, я приложила ухо к холодной поверхности и прислушалась. Звук работающего телевизора вырвал из моей груди вздох облегчения.
– Пошли отсюда на хрен! – услышала я протяжный мужской голос, как только мои пальцы оторвались от кнопки звонка.
Я отшатнулась и проверила номер квартиры. Все верно. Эйден сказал, что заехал в двадцать третью. Тогда… какого черта?
– Простите, могу ли я поговорить с Эйденом Бакли? – прокричала я в закрытую дверь, ощущая себя полной идиоткой.
Послышался скрип дивана, который сопровождался грязными ругательствами, и наконец дверь распахнулась. На пороге стоял в стельку пьяный мужчина. На вид ему было около шестидесяти. Из-под видавшей виды красной бейсболки виднелись поредевшие русые волосы, достигавшие плеч. В одной руке он сжимал пульт от телевизора, а в другой – бутылку «Короны». Лицо мужчины было небритым, кожа выглядела помятой, а мутные бесцветные глаза никак не могли на мне сфокусироваться.
– Здравствуйте, здесь живет Эйден Бакли?
– Я ничего не покупаю, – еле ворочая языком, ответил он.
– А я ничего не продаю, – улыбнулась я.
Мужчина хмыкнул и захлопнул перед моим носом дверь. На секунду мое лицо вытянулось от удивления, но я быстро взяла себя в руки.
Старый козел еще не знает, с кем связался.
Я вновь упрямо постучала в дверь.
– Проваливай отсюда!
– Доставка пива, – пропела я.
Дверь моментально распахнулась, и я с ужимкой проскользнула в квартиру, слегка задев мужчину плечом.
– Эйден! – позвала я, бегло осматривая гостиную. – Ты здесь?
Из вещей я успела увидеть лишь десяток пустых пивных бутылок на журнальном столике и две картонные коробки из-под пиццы на полу.
– Слушай, озабоченная, я ведь и полицию могу вызвать! – мужчина ткнул мне в спину пультом.
– Простите, – прошептала я, выбегая из квартиры. – Это какая-то ошибка…
Ночка выдалась бессонной, а рано утром на пороге объявился никто иной, как его Брехливое Высочество.
– Ну что, енотик, – он облокотился на дверной косяк и подмигнул, – готова кое-куда отправиться?
– Разве что к Волшебнику Оз, тебе за мозгами.
– Ого, – он попытался меня обнять, но я вытолкала его за дверь и вышла следом, чтобы родители не могли нас подслушать.
– Чего тебе надо, придурок?
– Хейли, твои манеры снова затерялись по дороге к языку?
– Нет, это кислород затерялся по дороге к твоему мозгу.
Эйден нахмурился и предпринял очередную попытку прикоснуться ко мне, но я вновь его оттолкнула.
– Да в чем дело? – на его лице читалось полнейшее недоумение.
– Зачем ты наврал мне, что переехал в Твин Палмс? – спросила я, уперев руки в бока.
– Вообще-то это правда.
– Черта с два – это правда! В двадцать третьей квартире живет какой-то тупоголовый алкоголик!
