Такое было мое первое впечатление. Но несколько часов наблюдая, как Джаред смотрит на Ким, все простота девушки исчезла.
Как-же он на нее смотрел! Словно слепой, первый раз увидевший солнце, как коллекционер нашедший неизвестные до сих пор картины Да Винчи, как мать смотрит на своё новорожденное дитя.
Его заинтересованный взгляд заставил меня по новому посмотреть на неё — в отблесках костра её кожа казалась красновато-коричневым шёлком, идеальная форма губ, белые зубы, очень длинные ресницы — они касались щек, когда ее взгляд опускался вниз.
Кожа Ким иногда темнела, когда она встречала трепетный взгляд Джареда, и её глаза опускались, как будто в смущении, но долго избегать его взгляда она не могла.
Наблюдая за ними, я, кажется, поняла, что имел в виду Джейкоб, когда раньше объяснял мне значение импринтинга: «трудно сопротивляться той степени тяги и обожания».
Сейчас Ким дремала в объятиях Джареда. Представляю, как должно быть тепло ей рядом с ним.
— Становится поздно, — прошептала я Джейкобу.
— Потерпи пока, — прошептал Джейкоб в ответ — Хотя, у половины из присутствующих был очень тонкий слух, и нас все равно услышали. — Сейчас начнется самое интересное.
— И что же это за самое интересное? Ты слопаешь корову целиком?
Джейкоб издал низкий, горловой смешок. — Нет, это оставим для финала. Мы собрались здесь, не только для того чтобы проглотить недельный запас пищи. Технически, это заседание совета. Квил здесь впервые, и он пока не слышал наших преданий. Ну, вообще-то он их слышал, но это будет первый раз, когда он знает, что они правдивы. Парень будет слушать внимательней. Ким и Сэт и Леа, для них это тоже первый раз.
— Предания?
Я сидела, облокотившись на невысокую скальную гряду, Джейкоб подскочил со своего места, и подсел ко мне. Положа руку мне на плечо, он тихо зашептал мне на ухо:
— Мы всегда думали, что это вымесел, легенды. — сказал он. — Предания о том, как мы стали такими как есть. Первая, это история о войнах духах.
Мягкий шёпот Джейкоба можно было назвать вступлением. Атмосфера вокруг потрескивающего костра изменилась молниеносно. Пол и Эмбри сели прямо. Джаред разбудил Ким, и бережно посадил её прямо.
Эмили приготовила блокнот и ручку, она была похожа на студентку, готовящуюся к важной лекции. Сэм слегка развернулся возле неё, чтобы смотреть в том же направлении, что и Старый Квил, сидевший рядом с ним, и неожиданно я поняла, что старейшин совета здесь не три, а четыре.
Леа Клирвотер, лицо ее оставалось прекрасной и ничего не выражающей маской, прикрыла глаза — не так, будто она устала, а словно это помогало ей сосредоточиться. Её брат нетерпеливо пододвинулся к старейшинам.
Огонь потрескивал, каждый раз выпуская сноп, сверкавших на фоне ночи, искр.
Билли откашлялся, прочищая горло, и без всяких вступлений, кроме того, что рассказал его сын, начал повествование своим насыщенным, глубоким голосом. Слова вылетали с такой уверенностью, как будто он заучил их наизусть, но в тоже время с чувством и особой ритмикой слога. Как стихи, которые читал автор.
— В начале Квилеты были маленьким народом, — сказал Билли. — Мы и остались меленьким народом, но мы никогда не исчезали. Это потому, что в нашей крови всегда жила магия. Не всегда это была магия изменения формы — такая способность пришла позже. Сначала мы были, войнами духами.
Никогда раньше я не слышала такого царственного величия в голосе Билли Блэка, однако сейчас я поняла, что оно присутствовало всегда.
Ручка Эмили быстро двигалась по бумаге, пытаясь не отставать от рассказа.
— В самом начале племя обосновалось в этой гавани, наши предки стали искусными кораблестроителями и рыбаками. Но племя было мало, а гавань богата рыбой. Другие племена хотели заполучить нашу землю, а нас было слишком мало, чтоб защитить себя. Большое племя пошло войной на нас, и мы сели на наши корабли, чтоб спастись от них.
— Каэлеа не был первым воином духом, но мы уже не помним рассказов о тех, кто был до него. Мы не помним того, кто первым обнаружил эту силу, или как её использовали до войны. Каэлеа был первым великим Вождём Духов в нашей истории. В момент опасности он использовал магию, чтоб защитить нашу землю.
— Он и все его воины покинули корабль — не их тела, но их духи. Женщины следили за телами и волнами, мужчины повели своих духов обратно к гавани.
— Физически они не могли тронуть вражеское войско, но у них были и другие возможности. Предание рассказывает нам, что они могли нагнать свирепый ураган на вражеский лагерь, что они могли издать громоподобный крик, и ветер подхватывал и нес его, ужасал врагов. Еще предания рассказывают, что животные могли видеть и понимать войнов духов, а также выполнять их приказы.
