Грей бессильно лежал на боку в углу, вытянув лапы. Увидев девушку, он слабо вильнул хвостом, приподнял голову и тут же уронил ее обратно. Видимо, он тоже устал на балу, а может, кроме всего прочего, еще и наелся до отвала. Так или иначе, но шевелиться ему было лень.
Мужчины приветствовали девушку и галантно загасили сигареты. Егор иногда позволял себе курить. Маркиз приказал подать завтрак для Екатерины, но она отказалась:
– Нет, благодарю, лучше позже. Сейчас я бы с удовольствием выпила чашечку кофе со сливками.
Лакей подал ей крохотную фарфоровую чашку и поставил перед девушкой маленькую вазочку с печеньем, украшенную алой розой. Даже утренний кофе легкими штрихами превратился в произведение искусства.
Егор выглядел утомленным, но довольным. Видимо, он неплохо провел время в компании с очаровательной львицей. Вчера он проявил себя с неожиданной стороны. Кто бы мог подумать, что Егор – светский повеса? А ведь как убедительно у него все получилось. Просто настоящий ловелас!
Вскоре к ним присоединился и Генрих. Увидев Егора, он выгнул бровь и заботливо поинтересовался:
– О, наш волк вернулся с ночной охоты? Не устал?
– Немного, – довольно ответил Егор.
– А не рано ли? Всего-то полдень!
– Нет, в самый раз, – парировал Егор.
– Охота прошла успешно? – не унимался барон. – Львица была повержена?
– Само собой, – довольно усмехнулся Изварин. – Очаровательная синьора Лионелла – просто чудо. Странно, что раньше наши пути не пересекались. Кстати, тоже графиня, но в душе куртизанка. Ну очень, очень хороша! Пишет лирические стихи. Она необыкновенно талантлива.
– Рад за тебя, – Генриху тоже подали кофе, и он уселся на подлокотник кресла Екатерины, успев поцеловать ее в макушку. – Стихи эротические, конечно же?
– Я же сказал – лирические. Море, облака, закаты. Нежно, романтично. И никаких двусмысленностей.
– Неужели совсем никаких, даже намека? – не поверил синьор Манчини и недоверчиво вскинул брови. – Я слышал, она издала очень неоднозначную книгу. Весьма и весьма откровенную. Произвела ею фурор и скандал. Шокировала высшее общество. А его сложно чем бы то ни было впечатлить.
– Не знаю, что она издала, – пожал плечами Егор. – Но ее стихи мне очень понравились. Ничего там сомнительного не было. Что может быть сомнительного в природе, закатах и восходах?
– А все остальное тебе тоже понравилось? – ехидно осведомился Генрих, исподлобья взглянув на своего товарища.
– О, да, – промурлыкал Егор. – О, да…
– Графиня Лионелла умеет порадовать своего избранника. Хорошо, что она не Клеопатра и не убивает своих гостей под утро, – маркиз, видимо, неплохо был осведомлен о похождениях прекрасной львицы. – Иначе ряды наших красавцев заметно поредели бы.
– Нет, она само очарование, уж поверьте, – Изварин довольно пригладил пышные усы. – Очень добра и… Ну, вы понимаете… И очень умна.
– Кто бы сомневался, – усмехнулся Генрих, наслаждаясь ароматным кофе. Он только что щедро бросил в напиток несколько кусочков сахара. Сладкое было его слабостью. – Наконец-то ты добрался до Венеции и теперь отдохнул от души.
– Ну, я, собственно, никогда монахом не был, как вам известно…
Девушка посмотрела сначала на Егора, потом на Генриха и не удержалась от замечания:
– Вы быстро переняли нравы этого города. Так просто говорите о подобных вещах! Похоже, если так пойдет дальше, Егор скоро станет настоящим Казановой.
– Да он уже давно таковым является, – не сдержал улыбки маркиз Манчини. – Плохо же вы его знаете! Он страшный повеса. Наши дамы от него в полном восторге.
– Простите, Екатерина Павловна, – спохватился Егор. – Мужские разговоры не подходят ушам юной девушки. Еще раз простите…
– Да, я тоже заговорился, – улыбнулся маркиз. – Вы должны простить и меня… Мы увлеклись… Венецианские дамы привыкли к таким разговорам, а для вас это в новинку. Очень неловко получилось с нашей стороны…
– Я не ханжа, – засмеялась в ответ Екатерина и отхлебнула кофе из крошечной чашечки. – И, судя по всему, мне тоже придется привыкать к обычаям этой страны. Здесь все по-другому. Но это вовсе не плохо, я думаю…
День прошел в приятных хлопотах: примерка свадебного платья, посещение достопримечательностей, ужин в модном ресторане. Егор не возражал. Он все понимал и взял на себя работу со старинными книгами и рукописями, благо их осталось совсем немного. Генрих и Екатерина были ему за это очень благодарны. Они весь день наслаждались Венецией, катались на гондоле, гуляли по узким набережным, заходили в старинные прохладные храмы, прячась от жары.
