Краткая история одного путешествия, произошедшего в четырёх мирах одновременно: в мире людей, духов, ветров и затмений. Путешествия всегда стоят за пределами обычной человеческой жизни. Для некоторых они стали частью жизни, но для многих до сих пор ассоциируются с неким чудом. Белоруссия стала для меня страной многих открытий. В ней однажды произошло моё духовное затмение, оставившее след не только в моём творчестве, но и в понимании мира и литературы. Содержит нецензурную брань.
Затмение над рекой
Говорят, что самое вкусное мороженное в мире делают в Бресте и продают у входа в одноименную крепость, которая помнит ещё славные битвы древности, но теперь, её образ жизни похож на её внешний вид: облезлый, с разбросанными где попало киосками с сувенирами и зданиями, которые, как кажется, вот-вот упадут на землю, и всё это трепетное великолепие незыблемости и мужества будет снесено в прах одним маленьких дуновением ветра – но это всё не происходит, и ты замечаешь, как начинаешь хотеть разрушения, и я ухожу от крепости по той же дороге, которой сюда пришёл, так и не сумев взять крепость, хотя, получил понимание, почему крепость было так трудно взять штурмом, когда так легко просто дать убить ей себя самой, что романтично для крепости, но для человека – убого, так как многие из них такие ничтожества, что даже самоубийства в их жизни ничего не изменит, хоть они и сами этого пока не понимают.
Я ещё помню, как бродил по улицам Города, напрасно пытаясь не заблудиться, когда заходил во все кофейни подряд, осматриваясь вокруг, страдая от бесконечного одиночества в толпе абсолютных, уже виденных незнакомцев, описывая всё, что происходило вокруг меня и как я это видел, как вспоминал о (лже)друзьях из прошлой жизни, покупая им подарки, меняя на масло икру, содранную с хлеба, но самое главное – не останавливаясь, а продолжая двигаться вперёд, в поисках того самого мгновения, пережив которое, можно смело умирать, хоть это и не обязательно, и можно продолжать жить, выпивая еспрессо за еспрессо в таких похожих и разных кофейнях, переживая в своём воображении судьбы таких разных и таких похожих людей, и мечтая, кашляя от смеха, и задыхаясь в слезах отчаяния, чтобы это поскорей закончилось, и что бы никогда не кончалось, ведь мало что романтичнее, нежели найти себя на улицах города, о чьём существовании не знал ещё три дня назад – разве что, обрести счастье на родине – хоть это и слишком скучно, поскольку не оставляет места для творчества.
Да, красивее этого может быть только осознание себя на велосипеде, проезжающего на полной скорости, на которую только хватает ног, в Беловежской Пуще, а потом выпивая чашечку отвратительного кофе по-польски, впрочем, сейчас – даже он не плох на вкус – а затем осознать, читая «Почтамт» Буковского, сидя в скоростном автобусе до Бреста, что так ни с кем не познакомился, да и нужно ли тебе это, когда ты здесь и сейчас, и у тебя всё путём – ведь долгая дорога только началась – и можно просто расслабиться, ловя мгновения, и не нужно здесь никаких людей, ни новых, ни старых, ведь в этот миг они для тебя лишь духи, так что, можно лишь вернуться в лоно цивилизации, не выпуская из рук «Почтамта», держа наготове Бродского, на полях произведений которого могут найти себе временное пристанище обрывки диких мыслей, витавших в облаках где-то на антисоветской Советской улице Бреста, в бока которой я смотрел с балкона третьего этажа, на всю соседнюю улицу слушая токийский джаз.
Затем, уже на третий день, когда времени на Город уже почти не осталось, можно увидеть видение его тени, но водитель просит поторапливаться и кто ты такой, чтобы ему перечить, ведь без него ты лишишься кусочка своей дороги, понять мудрёный смысл которой – я сам уже не в силах – так что, на долю маленьких людей остаётся лишь вспоминать о гибели тысяч частиц, предсмертные крики которых эхом отзовутся в воспоминаниях, которые тоже, со временем, померкнут и станут сном, когда-то виденным наяву, но теперь – потерянным навеки.
Всё не так уж грустно.
Всё так красиво.
Так красиво отдаляться всё дальше и дальше от места, где родился, приезжать в новый город, теперь уже – Гродно, о существовании которого ты узнал два дня назад и увидев его понять, что лучше бы уехать отсюда поскорей, а уже через полчаса захотеть остаться жить здесь навеки и встретить старость, разглядев город с другой стороны, заселившись в средневековую ночлежку-клоповник, зато в месте, где, по легендам, был раньше квартал чародеев, всю жизнь посвятившие тому, чтобы скрыть истину своего города от глаз новоприбывших, которым редко где рады по-настоящему во все времена, но однако находятся люди, которые с распростёртыми объятиями готовы помочь – но встреча с этими чудаками – дело большой удачи, которая, несмотря ни на что, раз в десять лет улыбается путнику, который хочет понять на конец, как тут быть.
Этот чудак берёт тебя в велосипедное приключение по затворкам и улицам Гродно, показывая тебе самые лакомые места старых и новых замков, от вида которых душа приходит в тот восторг, про который поэт напишет поэму, но я скажу просто – «и ничего не нужно больше» – ни слов, ни людей, ни смыслов.
Спустя два часа чудес, приходится расставаться и продолжать свой путь в одиночестве, от которого, впрочем, не так уж и плохо теперь, когда снова можешь менять чашки кофе как вдох и выдох.
Как по мне, то для человека, склонного к передозировке кофе вполне обычно заниматься такими житейскими делами, как создание миров.
